Живее всех живых

Послушайте, у вас вообще есть соответствующая квалификация, чтобы осматривать мою рану?

– Насчет квалификации не переживайте, – ответила я, бесцеремонно задирая пижаму на предплечье Громова. – Дайте-ка взглянуть, что у вас здесь? Или вы считаете, Алексей Сергеевич, что перестилание постели важнее вашего здоровья?

– Нет, конечно, но мне бы хотелось, чтобы мой хирург меня… Ой, что вы делаете? – вскрикнул мужчина, когда я сорвала жиденькую повязку с его предплечья.

Я не ответила, рассматривая небольшой ножевой порез на мягких тканях предплечья с аккуратным швом, который старательно наложил Олег Соколов.

Я сделала скучное лицо, потом прыснула со смеху и прилепила повязку на место.

– Что вы кричите как резаный, – цыкнула я на мужчину, смотревшего на меня круглыми глазами. – Я-то думала, у вас тут рана… А тут так – царапина. До свадьбы заживет. Вы, кстати, женаты?

– Нет. Что?.. Подождите, в смысле царапина? Да у меня ножевое ранение. И знаете, юная леди, лучше позовите мне моего лечащего врача, – злобно заметил этот молодой симпатичный мужчина, поправляя рубашку.

 – Имейте в виду, про ваши выкрутасы будет доложено заведующему.

– Так вы еще и ябеда? – Я скривила губы.

– Ну знаете!..

– Я к вам со всей душой, хочу вам помочь, – перебила я. – А вы? И знаете, что я вам еще скажу?

– Ну говорите уже!

– Я думаю, что вы симулянт, – ответила я и потянулась к своей аптечке. – Сейчас я вам сделаю перевязку, намажу йодом ваше ножевое… ха-ха!.

. ранение и всажу в ваш зад хитрый укольчик.

Господин Громов чуть не задохнулся от возмущения, сверля меня своими умными глазами.

«Интересно, кем он работает? – промелькнула мысль. – Наверняка какой-нибудь скучный банкир».

– Я просто не знаю, что сейчас с вами сделаю! – выдохнул красный как рак мужчина.

– Вопрос в том, что сделаю с вами я, – произнесла я, решив прекратить этот спектакль. – Примерно час назад вы позвонили мне, умоляли помочь, говорили, что вы чуть ли не при смерти и вам нужна моя помощь.

Я прихожу и что я вижу? Вы беззаботно валяетесь перед телевизором с царапиной на руке, кругом тишь, гладь и сплошная благодать…

Громов изумленно посмотрел на меня, потом в его голове словно что-то перещелкнуло, и он воскликнул:

– Так это вы! Вот уж никогда бы не подумал. – Он окинул меня взглядом и добавил: – Не обижайтесь, но вы похожи на неряшливую практикантку из медучилища, а не на телохранительницу.