Игра в идеалы. Том II

Крестный положил мне руку на затылок, потянул мою голову к себе, нежно коснулся губами лба и прошептал:

– Тебе больно, Дамана, я знаю… Но не пускай дьявола в свое сердце, гони его! Он борется с тобой, не позволяй ему победить – ты ведь сильная, по-другому не может быть! Я и Уэйн поможем тебе, это будет лучшим подтверждением того, что Бог не покинул тебя…

Вне времени

После этого вечера я стала часто заезжать к крестному. С каждой встречей он становился мне все более близким и родным человеком.

Наверное, я словно искала себе родителей вне семьи, которой не осталось: ни близких родственников, ни дальних. Миссис Норрис стала для меня мамой, отец Флетчер – отцом, а Уэйн – братом. А в Карле я увидела прекрасного мужа.

Первого декабря отец Флетчер пригласил меня на встречу в церкви. Я приехала в строго назначенное время, в полпятого была у могилы мамы.

Святой отец уже стоял там, когда я подходила с цветами. Я положила букет в ноги статуе, перекрестилась и поздоровалась с мамой.

Потом глянула на крестного. Он смотрел на церковь, что утопала в сумраке. С гордостью, словно на дочь, что вырастила умного внука.

Спорить я люблю, но никогда не пойду поперек очевидному. Церковь в это время завораживала: красивая и такая умиротворяющая. Она всегда – словно отражение жизни. Если грозят козни или грядет война, церковь, словно человек, сломится. Боль утраты близкого человека угнетает, а церковь скорбит обо всех погибших… Ни у одного заведения нет такой души, как та, что живет в церквях.

Дома, трактиры, постоялые дворы перенимают облик владельца. А в церквях живут души всех живых и погибших людей. Здесь человек находит спокойствие. Значит, хороших людей на свете больше… Так должно быть.

Все, что я написала, – правда, я это чувствую. Но не могу принять церковь как нечто заветное. Мне, несмотря на ее красоту, легче отвернуться, чем переступить ее порог…

1 декабря 1774 года. Пятница

– Красиво, правда? – спросил меня крестный отец.

– И Вам здравствуйте, – пошутила я.

– Здравствуй, дочь…

Отец Флетчер улыбнулся, быстро посмотрел мне в глаза и перевел взгляд на статую моей матери.

– А то, что это красиво, ты не будешь отрицать?

Святой отец тоже шутил, и было приятно от ненавязчивой обстановки.

– Я и не спорила, что церковь красива. А моя мама вообще под сомнение не ставится!

– Никогда эта могила не была так украшена… Ты ее усыпала цветами…

– Мама заслужила это.