Снежные дороги судьбы

Что они понимают – все эти шарлатаны и надувалы? Что могут они мне сказать чего я не знаю сам? Что за свою жизнь я выпил слишком много водки? Или что в юности работал как вол, мерз в чертовой тайге, и питался всякой дрянью? Или что не надо съедать по две отбивных за обедом, а надо уморить себя голодом – еще платя кучу денег какому-нибудь ученому дураку в пенсне, чтобы он составил эту… как её – диэту из вареной морковки и шпината?? Я им что – кролик? Или осел?

И вот теперь выходит что напрасно он не прислушался к их советам?

Маша попыталась справиться с чувством безотчетного страха.

– Я поняла… Вы заставили батюшку согласиться… Вы запугали его моей судьбой после его преждевременной смерти! Может и тех докторов вы подкупили! И этого вашего Верховцева! – голос ее сорвался на крик.

– Ну и ну! – саркастически рассмеялся Корф. И кто-то тут говорил о сумасшествии? Я подкупил врачей! Видимо тогда уж и всех врачей Санкт-Петербурга! Ну а что до второго… Вы сударыня и в самом деле полагаете что Михаила Еремеевича можно заставить что-то сделать?! Как и отказаться от того что он уже решил? Так что смиритесь – все равно мы поженимся, – сухо закончил он.

– А я вам говорю, сударь – никогда!

Все было как во сне. Маше казалось, что она вот-вот проснется и увидит знакомые стены своей комнаты. Это не могло происходить на самом деле!

–. Ну же, не упрямьтесь…

– Нет. Я не хочу. Я никогда не буду вашей!

– Будете милочка! – он усмехнулся – даже с каким – то сочувствием.

Девушка не успела ничего ответить – Корф взял её за руку и приложился к ней сухими губами. Затем резко как на плацу развернулся и ушел быстрым шагом.

…Неудержимые слезы горя и безысходности хлынули из глаз Маши.

* * *

Мария вернулась домой, подавленная и уничтоженная. Из зеркала в прихожей на нее глянуло отражение: испуганный взгляд, растрепанные волосы, лихорадочный румянец на щеках.

В ее голове ворочался клубок тягостных мыслей. Действительно ли батюшка при смерти или это ложь Корфа? Но неужто он осмелился врать подобным образом?

«Господи, спаси меня!»

К счастью, никто, кроме Марты, не заметил ее прихода.

– Батюшка…?

– Он наверху у себя, Мария Михайловна.

– С ним все благополучно?

Девушка кивнула в ответ, но от неё не ускользнул ее напряженный взгляд.