Найди свой бриллиант

Видимо, судьба благоволила её безумному порыву. Дежурным сотрудником в этот день была Ирина Сергеевна Птицына, по вдохновенному отношению к своему делу и даже немножко внешне похожая на Настину директрису, разве что постройнее и с другой причёской. «И фамилии у них из одной области, как и у меня, зоологические», – позднее с теплотой думала Настя, вспоминая, какую роль эти женщины сыграли в её жизни. У Ирины Сергеевны в этот день было безосновательно прекрасное настроение. Ей хотелось петь, любить весь мир и совершать героические поступки.

Такое со всеми может случиться хотя бы раз в жизни. На волне своего приподнятого настроения она и согласилась выслушать странную девицу с горящими глазами.

Нужно сказать, что Настя не была ни красавицей, ни дурнушкой – обыкновенная девушка среднего роста с пропорциональной фигурой, милым курносым носиком на округлом лице, обрамлённом светлыми, средней длины волосами. Но была у неё своя, что называется, изюминка, способная превратить изрядную часть мужского населения в поле соляных столпов.

Настины глаза, большие, ясные, с чёрными длинными густыми ресницами, в зависимости от её настроения или самочувствия меняли цвет от бледно-голубого или полупрозрачного водянисто-серого до кобальтового, а то и тёмного, асфальтово-чёрного, при этом то излучая внутренний тёплый свет, то поблёскивая озорными искрами. Наверное, эти глаза, буквально пылавшие сейчас молодым энтузиазмом, тоже повлияли на благосклонное решение сотрудницы архива поинтересоваться, что привело к ней Настю.

Толкнув старую, пятнистую от бесконечных перекрашиваний, деревянную дверь, Настя решительно вошла внутрь просторного помещения, заполненного множеством картотечных шкафов и шкафчиков. Справа от входа за высокой светло-коричневой стойкой сидела женщина лет пятидесяти с густыми тёмными волосами, остриженными по моде семидесятых годов прошлого века «под Мирей Матьё», и карими глазами, весело смотревшими из-за очков в изящной оправе. Это всё, что было видно Насте над стойкой.

– Здравствуйте, – произнесла она почему-то севшим голосом и вдруг отчётливо поняла, что она совершенно не представляет, что делать дальше, что говорить и, вообще, зачем она сюда явилась.

– Здравствуйте, – улыбнулась, поднимаясь со стула, «Мирей Матьё». – Ну что же вы застыли? Чем я могу вам помочь? – Настроение «? la северное сияние» и связанная с ним готовность творить добро заставили Ирину Сергеевну совершить поступок, выходящий за рамки её служебных обязанностей.