Время Ворона

Русые волосы спадали ниже плеч, такие же русые усы на крупном волевом лице свисали ниже подбородка. Рядом находились его полководцы, командиры валахов, поляков и венгров.

– Диспозиция такова, что Сулейман-паша привел пятьдесят тысяч солдат, и они идут прямо на нас. У нас около сорока тысяч солдат, но более тридцати тысяч из них – это крестьяне, пастухи, горцы без опыта полевых сражений и плохо вооруженные. Но я все же рассчитываю на успех, господа. Воевода Радул расскажет о том, кто отвечает за какой участок, – голос Штефана был повелительным, со стальными нотками.

– В центре мы поставим всю тяжелую бронированную пехоту – венгров, молдавскую гвардию, польских копейщиков и наемников. Застрельщики – гусары и валахи верхом атакуют передовые ряды турок, затем отойдут и спешатся рядом с панцирной пехотой. На них придется удар авангарда, – воеводе Радулу эта тирада далась тяжело, он привык чаще излагать мысли булавой, а не словами, – Главное – продержаться до подхода ополчения.

Если наша задумка сработает, турки окажутся в клещах и их численное и качественное превосходство будет сведено на нет.

– Что за задумка, господин? – Фантсу недоговоренности не особо нравились, и он вопросительно уставился на Радула.

– Всему свое время, не волнуйся, ты все узнаешь, кондотьер, – Штефан усмехнулся в усы, – А теперь благородные воители на позиции!

Зимним утром 10 января 1475 года армия Сулеймана неуклонно двигалась к Васлуйским высотам. Часть войска осталась на юге, но пятьдесят тысяч боеспособных османских солдат шли на встречу своей судьбе.

Армия турок походила на гигантскую пеструю змею, тянувшуюся вдоль единственной дороги к сердцу Молдавии. Войско зашло в лесистую часть, утренний туман оставлял невидимыми лесистые холмы вокруг дороги. Туркам в этом походе не везло ни с погодой, ни с припасами. Южане люто мерзли, даже Сулейман проводил время в теплом передвижном шатре больше, чем среди войска. Энвер-ага был обескуражен легкомыслием Сулеймана.

Армия вошла вперед в узкую долину, и эта маршевая колонна никак не могла бы развернуться в боевые порядки достаточно быстро. Да и негде это было делать. Пар шел изо рта старого вояки, и он с тревогой всматривался в туманные холмы вокруг, ему казалось, что местность затягивает их войско в себя, чтобы поглотить. Этот снежный ад его вгонял в тоску. Как же хорошо дома, пить чай и вкушать сладости у себя в тенистом саду под Измиром.