Кровь не вода

Я свободная и никто не имеет права требовать от меня подчинения, особенно такие смазливые. И пусть из вещей у меня даже своей зубной щетки нет, здесь дело принципа.

– Спасибо! Спасибо! – добрая Дуди сжала меня в объятьях и расплакалась. – Эх, четчи проклятые! Лала собери все необходимое, да побыстрее. Помни пока ты свободная они тебя заставить не могут, а как только подпишешь связь, все, считай пропала. Они ж и продать могут и убить. Если получится беги снова, только к нам не приходи. Дальше по лесу есть Каменки, скажешь от меня, там помогут.

Мне в руки сунули тряпичный мешок и еще раз крепко обняли. А я стояла, и сама едва слезы сдерживала. Они меня как на войну провожали. Но я вернусь, обязательно вернусь и скажу спасибо за все.

Расправив плечи, я неспешно вышла и под ненавидящем взглядом мужчины вышла на улицу. Посреди улицы стояла телега, запряженная парой привычных лошадок и еще пять, стояли в стороне. Мне указали на телегу, куда я и забралась. Я бы и верхом поехала, спасибо отцу денег на мое образование истинной леди он не жалел, да только отдельную лошадку мне не предоставили.

Ехали мы долго, до самого вечера. Посетили еще в два поселения и забрали их них пять девушек, две из которых я бы назвала еще девочками, настолько молодыми они были, и трое парней. Никто ничего не рассказывал, но во всех поселениях повторилась сцена прощания. Когда сумерки опустились на землю мы пересекли ворота и подъехали к большому замку. В другой раз я бы восхитилась архитектурой и витражами, но сегодня был очень долгий и напряженный день.

Я была рада уже просто добраться до места и немного отдохнуть.

Не доезжая до кованных ворот наш кортеж свернул влево, и мы поехали как я понимаю к чёрному ходу. Не сказать, что я привыкла есть с золота и спать на перинах, но, когда нас провели в комнату, из которой воняло плесенью и давно не проветриваемым помещением я поняла, чего боялась Дуди.

Я уже хотела возмутиться неприемлемыми условиями как сзади стоящие товарищи по несчастью втащили меня вглубь комнаты.

Звук поворачиваемого ключа меня уже не удивил. Свет включить нам не посчитали нужным, а света от маленького давно не мытого окна хватала только что бы разглядеть очертания предметов. Пока я в ступоре стояла посреди помещения и обозревала этот сарай, комнатой, а тем более спальней назвать это язык не поворачивался. Остальные разошлись в стороны и стали устраиваться на матрасах, что лежали вдоль стен. Видно напрягало это только меня.