Большая Связь

Самое шоколадное досталось Алексею. Кроме обычных работ пришлось перелопачивать и приводить в порядок всю документацию по части. В общении с компьютером местные офицеры умели разве что пройти до третьего уровня в «CoD», и ни шагу дальше. Световой день Алексей проводил вместе со взводом, на работах, а по вечерам, вплоть до трех часов ночи, набирал тексты на компьютере. Казалось бы, это не могло долго длиться, но его хватило на три дня. Во время приезда проверяющих солдатам дали выспаться согласно нормативам. А то еще не дай Бог решит ревизия, что здесь над солдатами изгаляются и сна лишают.

Въедливые офицеры из так называемой «секретки» прошарили все компьютеры, досконально выспросили все детали делопроизводства у Степанова, белого от волнения. В итоге остались довольны результатом. Сделали лишь несколько замечаний по изменению документов, поскольку норматив изменился. Степанов пообещал исправить все в ближайшее время. То есть, подразумевалось, что все исправит Алексей под его бдительным надзором.

В сравнении с тем разносом, который «секретчики» учинили начальнику штаба и командиру части за недоработки в их ведомстве, можно было вообще считать, что проверка прошла на пять.

Когда ревизоры уехали, в целом удовлетворившись состоянием части, офицеры разом решили отметить это дело в ближайшем кабаке ближайшей деревни с красивым названием Свобода. Солдаты получили отбой и радостно поспешили в казарму – отсыпаться за неделю муштры и тяжелой работы. К вечеру все стихло, административный корпус обезлюдел.

Остались только Киселев, которому надлежало править недостатки, выявленные при проверке и лейтенант Степанов, самоотверженно вызвавшийся дежурить по части в этот праздничный день для всех его коллег. Разумеется, никто из последних не возражал.

Киселев уже не единожды намекал и прямо говорил, что пора бы отправляться баиньки. Однако Степанов не торопился давать отбой. Причем сам исчез на пару часов. Вернулся уже затаренным: в пакете звенели бутылки с пивом, одурительно вкусно пахла колбаса.

Степанов налил себе объемный стакан, который предварительно освободил от остатков недопитого чая, по-простецки слив в горшок с цветком. Сержанту даже не предложил присоединиться к распитию пива. И колбасой не угостил, жадоба.

– Готово?

– Готово, – отвечал Киселев, глотая слюни.

– Это хорошо, – скупо похвалил его усилия Степанов, отпил из стакана пенное пиво, откусил колбасу – прямо палку, предварительно очищенную наполовину от кожуры, наподобие банана.