Лекс Раут. Чернокнижник

Кстати, это был еще один аргумент в его пользу. Все-таки способность не проболтаться даже под таким воздействием – ценное качество.

Но удалось мне узнать лишь то, что Армон – одиночка и стаи у него нет. Может, от того он так рьяно охранял меня – у оборотня инстинкт защищать своих. А уж почему он решил, что я «свой», выяснять не стал. В кривых мозгах моего напарника сам верховный демон Грох сломает все четыре ноги.

– Так как, Лекс? – Напарник запустил последнюю осу. – Нам уйти?

– Оставайтесь, – буркнул я, возвращаясь к своим рунам.

 – На какое-то время. Потом посмотрим.

Армон кивнул.

– Только я не собираюсь менять свою жизнь из-за присутствия в доме нежной барышни!

– Надеюсь, хотя бы перестанешь разгуливать голым.

Я усмехнулся:

– А ты боишься, что милая Анни соблазнится моими внушительными достоинствами? – Я подмигнул и снова пошел вдоль стены.

Напарник пробурчал что-то сквозь зубы и вернулся к своим железным штуковинам, теперь он колдовал над какой-то конструкцией, похожей на бутон цветка.

Зайдя за угол, я присел на выступ фундамента и задумался. В моем согласии не было и капли благородства, лишь голый расчет. Чуяла моя душонка, что так просто мы из этой передряги не выберемся. И я пока не знал, как выгоднее поступить. Уйти просто так я Армону точно не позволю, слишком много моих секретов он узнал за четыре года. Но и убивать его смысла пока нет. Живым он пригодится больше. А милая Одри-Анни… Что ж, пусть остается. Это может быть даже весело.

Насвистывая, пошел дальше.

Руны ложились на стену четко и без сбоев, сила колола кончики пальцев, а противный дождь закончился. Рассвет мазнул золотом, и я зевнул. Кажется, пора на боковую.

* * *

В доме было тихо, Одрианна затаилась в гостевой, которую ей выделил Армон, близняшки испарились. Шторы в моей комнате тяжелые, двойные, так что лучи света в окно не проникали. И спать я лег в полной темноте и тишине, как любил. Уснул почти сразу.

В какой момент мой сон закончился, не знаю.

Я просто обнаружил себя стоящим на вершине скалы, вокруг лежал снег, росла трава. Да-да, именно так, снег и трава одновременно. Слева от меня мела метель, справа светило солнце и шелестело клиновидными листьями одинокое дерево с раздвоенным стволом. Сбоку оно казалось целым, но стоило сдвинуться, как я увидел, что ствол разделен на две части и края его обуглены. Так бывает, когда в дерево попадает молния. Яркий день и рядом же завис тонкий силуэт месяца.