Лекс Раут. Наследник огненной крови

 – Это ты?

– Нет, мой призрак, – хмыкнул я. – И тебе сырой земли и добрых трупов, Трис!

– Призрак? – Трис на полном серьезе ткнул меня кулаком в плечо. Я в ответ заехал ему в ухо – просто потому, что плечо лишь недавно зажило. Ну и еще я не люблю, когда в меня тыкают кулаками. Некромант довольно расхохотался: – Нет, живой, как я погляжу! А слушок ходил, что тебя давно прикопали! Я даже хотел выведать где!

– Чтобы поднять мой труп? – скривился я.

– Ну, конечно! Чего добру пропадать? – оскалился Трис.

– Придется с этим подождать, – огорчил я.

И сам огорчился. Что это меня все хоронят? Никой веры в старину Лекса!

– Подожду, – покладисто протянул Трис. – Тебе как обычно? Горячительного и горячего? А это кто с тобой?

– Родственник, – буркнул я.

– Дальний и нежелательный? – радостно уточнил Трис.

Одри насупилась, и некромант размахнулся, чтобы ткнуть кулаком и пришлого парня. Моя рука взлетела прежде, чем я успел подумать, блокируя удар и отшвыривая некроманта.

– Не стоит, – сказал я, глядя, как Трис удивленно потирает кулак.

 – Он у меня хилый, еще развалится… А насчет блюд ты не ошибся. Все еще готовишь мясо с кровью, как я люблю?

– А то как же! – К счастью и удивлению, для некроманта Трис обладал незлобливым и миролюбивым характером. – Будет тебе мясо, Лекс! Садитесь туда, к огню поближе.

Хозяин ушел в кухню, а мы уселись недалеко от очага, что напоминал дыру в бездну. Прислужница в черном платье и бордовом корсете, из которого вываливалась пышная грудь, поставила перед нами тарелки и кружки с горячим хеллем.

– Если что, я через час освобожусь, Лекс, – сипло объявила она, склоняясь еще ниже, чтобы вытереть со стола несуществующее пятно.

– Ух ты, – обрадовался я, усиленно пытаясь вспомнить, откуда эта красотка меня знает.

– Ага, – широко улыбнулась она и подмигнула. – Комната та же. Вторая наверху.

Виляя объемным задом, подавальщица отошла к соседнему столику, чтобы принять заказ.

– Комната наверху? – Одри сидела красная, даже иллюзия не помогала.

И еще по-демонски злая.

– Она обозналась, – прячась за кружкой с хеллем, объявил я.

– Да что ты?! А мне вот кажется, что нет!

– Ты ревнуешь, детка?

– Я злюсь!

Подавальщица вернулась и поставила передо мной тарелку с сырными лепешками и болтанку из яиц.

– Я надену те самые чулки с красными подвязками, – громким шепотом известила она. Бородач за соседним столом заинтересованно обернулся. – Все, как ты любишь, Лекс!

И снова уплыла.