Проникновение

Даже наши молчаливые военные, что в основном хмурились и зыркали по сторонам, кажется, слегка расслабились. Хотя и заметила, что каждый из них перед едой выпил капсулу ядонейтрализатора.

Ученые, конечно, тоже их проглотили, еще утром. Но военные пили удвоенные дозы – на всякий случай.

За едой коллеги снова попытались расспросить Сверра, но тот наградил их хмурым взглядом и указал в тарелку. Я осторожно записала: «За едой ильхи не разговаривают, едят быстро».

И улыбнулась довольно. В целом увиденное за Туманом вполне отвечало тому уровню развития, что мы ожидали.

Судя по всему, ильхи законсервировались примерно на этапе развития легендарных диких берсерков, даже откатились назад. К моменту извержения вулкана на этих землях местные жители проживали племенами, занимались охотой и рыболовством, умели делать из глины утварь и обжигать ножи. То же мы видели и сейчас. Да, они освоили колесо, иглы и прочие предметы, но куда им до наших парализаторов и технологий, позволяющих летать по воздуху! Отставание в развитии от Конфедерации – просто грандиозное. Варвары, как есть варвары… а все фьорды – живой музей сохранившихся в неизменном виде экспонатов.

Я положила в рот листик и задумчиво пожевала. Максимилиан вон даже есть не может, вертит седой головой, порываясь дальше исследовать быт и нравы коренного населения фьордов. И глаза его горят таким молодецким задором, что я диву даюсь. Не помню профессора таким.

Впрочем, что таить, мне и самой не терпелось продолжить знакомство с местными обычаями.

Жаль только, что понятно изъясняться может лишь Сверр, и, кажется, он уже устал от наших многочисленных вопросов.

– До вечера вы можете заниматься, чем захотите, – сообщил Сверр, отставляя пустую тарелку. – Но советую не удаляться далеко от поселения. В лесу много диких зверей.

– А вы? – вскинулся Юргас.

– Мне нужно помочь остальным и подготовиться к завтрашней охоте. Хотите с нами?

Мужчины, конечно, возжелали. Даже наши вечно хмурые агенты безопасности – Люк и Риз.

Я понимающе хмыкнула и решила прогуляться. Однако Макс качнул головой.

– Оливия, лучше оставайтесь поблизости, – почти беззвучно сказал он, склонившись ко мне. Я с тревогой заглянула в выцветшие глаза профессора.

– Почему?

– Не могу объяснить, девочка. Просто поверь моему… чутью. Мне не нравится, как на тебя смотрят.

Я, нахмурившись, обвела взглядом ильхов. Никто на меня не смотрел. Только Сверр. Но и он лишь мазнул взглядом и повернул голову к Жану.