Проникновение

Но во тьме я плохо видела, было ли хоть что-то в глазах этого странного ильха.

Мотнула головой, выбрасывая его оттуда. Хватит. Я ученый и знала, на что иду. И то, что обычаи местного населения могут шокировать, тоже знала. Хотя не это сейчас меня терзало, мучило воспоминание о коллегах…

Во всем виноват наркотик, я уверена.

Оглянувшись, я сунула в рот капсулу нейтрализатора, запила водой из фляжки. И отправилась работать. За несколько часов я успела заснять на миникамеру и поселение, и черные столбы вокруг, и кустарники с деревьями, и даже мальчишек, которые носились возле тлеющего очага.

Мне никто не мешал, и если первые кадры я делала тайком, то вскоре осмелела и начала снимать открыто и много. Я пыталась запечатлеть все, что могла, даже не задумываясь о назначении того или иного предмета. Снимать приходилось на допотопную пленочную камеру, удивительно, но стоило пересечь Туман, вся наша современная техника отключилась. Телефоны, сенсоры, супер навороченные поисковики, все средства слежения и связи. Благо работали парализаторы, наверное, потому что их система была совсем простой – спуск, нервнопаралитический луч и цилиндр, содержащий механизм. Также оказался дееспособным пленочный фотоаппарат, видимо, по той же причине.

Когда кнопка затвора не нажалась в очередной раз, я торопливо перемотала пленку, вытащила капсулу и сунула в карман. Установила новую, хлопнула крышкой. К возвращению мужчин я успела отснять четыре пленки, и была очень довольна проделанной работой.

Вот только стоило живописной группе охотников выйти из леса и мое настроение испортилось.

А рот открылся, когда я увидела своих коллег. Нет, слава Единому, они не обрядились в набедренные повязки и черепа, но у Клина на лице багровели мазки краской, а Юргас довольно переговаривался со Сверром. Последний прошел мимо меня, мазнув безразличным взглядом.

В центре мужчин покачивался на палках убитый кабан. Черные ножи, ладони ильхов и даже бронзовые тела оказались в крови, словно они не просто прикончили зверя, но и хорошенько обняли его перед смертью.

И что противно, пятна крови темнели и на одежде ученых. Жан фыркнул, встретившись со мной взглядом, Максимилиан опустил голову.

Я закусила губу, не понимая, что происходит. Явно ничего хорошего.

– Почему вы меня не разбудили перед охотой? – улыбнулась дружелюбно, не показывая недовольства.

– У кого-то слишком крепкий сон, – снова фыркнул Жан. – Но то и понятно.

Он переглянулся с военным – Ризом, тот усмехнулся.