Сборник «Глобус»

Скоро оно испортилось еще больше – как только я увидел это косматое нечто с черными глазками-бусинками, пристально глядящее на меня, похожее больше всего на большой лохматый шар на четырех ножках и к тому же с маленькими рожками. Медных драконов легко узнать в их чудаковатой маскировке: если нечто милое и пушистое не поддается никакой классификации, то в восьмидесяти случаях из ста – это медный дракон, остальные двадцать – просто неизвестный представитель фауны.

? Только тебя здесь не хватало, ? прошипел я.

Медный дракон фыркнул, продолжая изображать безмозглое животное.

? Чак, куда ты запропастился?

По коридору разнесся глубокий женский альт, а затем появилась и сама его обладательница. С замысловатой прической, по сравнению с которой гордиев узел показался бы простым бантиком. Корсет платья сжимал крупные буфера, чуть ли не выталкивая их наружу, само же платье из жесткого корсета переходило в юбку, свободно ниспадающую мягкими складками.

Дама смерила меня надменным взором:

? Знаешь, паренек, у тебя благородная внешность, если бы не твоя форма, я бы никогда не догадалась, что ты простолюдин.

На вид ей было лет тридцать, и она, казалось, просто распространяла вокруг себя порочность и скрытую под ней невинность, или наоборот?.. Разобраться было сложно. Но чего ей действительно не хватало, так это красной стрелки с надписью «осторожно». Хотя, стрелка все же была, хоть и метафорическая, – в виде медной бестии у нее на руках.

В первые два дня я еще много чего усвоил.

Первое: девушкам нужно много места для сна; из-за этого мне пришлось спать на полу. Второе: у нас были просто царские условия по сравнению с матросами, спящими в натянутых в несколько рядов гамаках на носу корабля – самой раскачивающейся части, между прочим. А еще вскоре все на корабле стали считать меня чудаком. Даже корабельный кок, который и сам был весьма странным типом. Худощавый парнишка, постоянно близоруко щурившийся, в беседе вечно перескакивал с темы на тему и был весьма дерганым. Мире он таким не показался, и после несъедобной кормежки она осталась ему помогать, хотя от их взаимного чувства неловкости работа на камбузе вряд ли стала продвигаться быстрее, если не сказать, что вовсе затормозилась.

На корабле, кроме команды и тех, о ком я уже сказал, были еще пассажиры. Монах, который должен был нести слово об истинной вере. После часовой лекции заунывным голосом я так и не понял её сути, что-то вроде чистоты как идеи без ее воплощения.