Янтарь чужих воспоминаний

Я поднял бокал с виски, приветствуя его.

Глава 5

Осень

Кристина

Уже на улице Кристину догнал Хантер, и она пожалела, что не вызвала водителя и решила прогуляться. Зимний протекторат располагался недалеко от Хранилища.

– Как дела у нашей новой ориты? Ты убила своего куратора и решила сбежать? – Хантер рассмеялся, довольный своей шуткой.

– Конечно. А труп расчленила и спрятала в горшках с кактусами, – отозвалась Кристина. Кажется, она начала привыкать к странному юмору дознавателей.

– У Шелда есть горшки с кактусами? – изумился рыжий.

 – Я всегда подозревал, что он безумный, но не настолько же!

– А он безумный? – улыбнулась Крис.

– Как и все мы, – обрадовал Хантер. – Ладно, с трупом разобрались, поужинаешь со мной?

– Вот так сразу?

– Почему сразу? Я как галантный кавалер прежде завел вежливую и ничего не значащую беседу. Ты не заметила?

– Про труп моего куратора и кактусы?

– Про твою тяжелую должность и цветы. Все как полагается. А после уже изъявил робкую надежду на то, что ты разделишь со мной трапезу.

Так как?

– Прости. – Крис улыбнулась с почти искренним сожалением. – Правда, тороплюсь. В другой раз.

– Ты разрываешь мне сердце. – Хантер приложил ладонь к груди, и Крис фыркнула.

– Сердце с другой стороны, господин дознаватель.

– Да? Хм… Тогда ты убиваешь мой желудок, который корчится в муках без еды и даже малюсенькой чашечки кофе. Ты знаешь, что мой желудок мне очень важен? Я бы даже сказал, что он мне чрезвычайно дорог, я к нему привязался.

Ведь мы вместе пережили столько потрясающих минут! О, как мы с ним наслаждались тушеным в меду телячьим языком и крольчатиной в сливках. Остро–сладким рубленым паштетом из гусиной печени, нанесенным тонким слоем на хрустящий багет и украшенным веточкой мяты! Запеченными в карамели персиками и темным душистым хмелем, бодрящим, но не опьяняющим… мой желудок – мой лучший друг, Крис!

– Достаточно! – Девушка не выдержала и расхохоталась. – Хантер, как тебя угораздило попасть в дознаватели? Тебе же на сцену надо!

– Пути ведущих неисповедимы, – все так же улыбаясь, ответил он.

Его глаза совсем потемнели, и Крис удивилась этому. Она не видела, чтобы у людей так расширялся зрачок, почти скрывая радужку. К тому же при дневном свете.

– Очень рада твоей нежной дружбе с собственным желудком. И вообще такому богатому… внутреннему миру!

– О да! Рассказать тебе об остальных моих друзьях?

– Таких же… необычных? – Крис вскинула протестующе ладонь.