Зовите меня Медведем

Марта призналась, что чуть не подожгла дом своего отчима, и чуть не улетела с обрыва, чудом избежав столкновения со школьным автобусом. Мопс, напившийся сильнее всех, долго и нудно пытался объяснить, как один раз его почти съел медведь, но все время путался в показаниях, так что никто ему не поверил. Джереми расплакался и выпил половину бутылки сладкого ликера, пока вспоминал историю про то, как ему угрожали где-то в Сибири.

– А я чуть было не просрал свой шанс поехать вместе с вами.

– У тебя все равно ничего бы не вышло, это судьба, Медведь.

– Вот именно. Мы бы тебя из-под земли достали.

– Звучит немного страшно, если честно.

– Но это правда, – сказал Мопс и кинулся меня обнимать.

– Полегче, Уинз, я еще не настолько пьян.

– А уже такой красивый!

– Уложите его спать, прошу.

– Я в порядке! – Он попытался погладить меня по щеке, но Марта перехватила его руку и попросила Клюкву притормозить на ближайшей заправке.

– До нее еще километров десять.

– Так поднажми. Код красный, Пэт.

Наконец, Клюква свернул к заправочной станции. Мы вылезли из салона, и я почувствовал, насколько пьян. В машине работал кондиционер, и было прохладно, а на улице, несмотря на закатное время, духота стояла нереальная. Уинзор, видимо, тоже понял, что перебрал, и склонился над ближайшим мусорным баком, Марта гладила его по коротким жестким волосам и уговаривала немного потерпеть, пока мы не дойдем до уборной. Реми вышел из магазина с ледяным кофе в пакетах, я жадно накинулся на свой, и залпом выпил больше половины.

Клюква разминал затекшие ноги и курил одну за одной, обещая никогда не соглашаться везти нас, если мы будем так много пить без него. Марта пыталась купить молоко из черного кунжута за лаосские деньги, а я вдыхал полной грудью горячий воздух, пытаясь справиться с приступами тошноты.

Заправка была огромная, с туалетами, магазинами сувениров, кофейнями, столовыми, передвижными ларьками с едой, грилями, от которых воняло пережаренными сосисками и горелыми булками, стояли фруктовые лавки и столики с периодическими изданиями.

Я проголодался и взял себе целый кулек соевых шариков в панировке, но закинув один в рот, понял, что погорячился, и отдал добычу Клюкве, который благодарно пожал мне руку. Я вспомнил, что за весь долгий день это была наша первая остановка, и поразился тому, что никому не приспичило сходить в туалет, поесть или даже покурить.