Элитное подземелье

Опять крутил в руках зажигалку, на меня не смотрел, разговаривал сам с собой:

– Настя, есть отличное предложение. Двухкомнатная на пятом этаже, переезд оплачиваю я и даю двести тысяч в придачу. Позвони маме, посоветуйся.

Мне спросонья было не до общения с надменным Григорием, меня больше волновал вопрос «суженого», а для этого надо было достать из-под подушки записку с именем. При взрослом мужчине предаваться подобным детским забавам неудобно, но записку под подушкой я все-таки нащупала.

Развернула…

Я что, вчера слишком спать хотела? Что это за имя – Сигизмунд? Совсем я себя не люблю, если смогла такое написать. Настроение упало. Григорий все бубнил о квартирах и деньгах, обсуждая вопрос переезда. Он решил, что обмен мы уже обговорили.

– Гриша, но меня больше всего устраивает первый этаж. Если лифт ломается, мне необходимо будет забираться по лестнице. Э-эй, Григорий! – Мне пришлось прищелкнуть пальцами, привлекая его внимание.

 – Не с моей ногой делать альпинистские восхождения.

Григорий взглянул в сторону алькова и заговорил тоном барина, объясняющего бестолковой дворовой девке алфавит:

– Настя, в тех домах, о которых я говорю, есть собственные подстанции, и лифты там не ломаются.

Ой, не нравился мне сегодня Григорий! Дергается, смотрит не на меня, в сторону. Врет. Но в чем врет?.. Мутный разговорчик получался. Гриша ведь хронический жмот. А тут такое…

Я тут же набрала мамин телефон:

– Алло, мам, ставки растут.

Григорий предлагает квартиру и денег двести тысяч евро.

Мама помолчала. Я слышала, как она барабанит пальцами по столу.

– Знаешь, Настя, мы сегодня с тобой к Илье приглашены, ему полковника дали, вот там и поговорим. Передавай Григорию привет и отсылай его… до завтра. Лучше всего надеть скромное черное или однотонное платье, все цацки сразу на себя не навешивай, а только самый дорогой бриллиантовый гарнитур…

– Хорошо.

 – Я отложила телефонную трубку, и Стерва лениво куснула ее. – Гриша, мама сказала, что мы завтра дадим ответ. Сегодня идем к дяде Илье, ему полковника дали, надо отметить.

– Завтра?

Григорий из всего разговора услышал только это слово. Он встал и ушел. Просто встал и без «до свидания» или «пока» ушел из квартиры, вытащив по пути пальто из шкафа. Совершенно на него не похоже.