Воины Игры. Босс Игры

В рейдах и силоиты и аргуны превращаются в безжалостных грабителей, использующих все возможные средства для достижения своих целей: и убийства, и похищения, и пытки, и шантаж, получая неописуемое удовольствие, ведь против своих конкурентов они не используют подобные средства. Иные миры они вообще не вопринимают всерьёз, не считая их обитателей достойными и мимолетного внимания.

Вардар тяжело вздохнул и, укрепив копейное навершие на конце плотной и тяжёлой косы, прижался губами к макушке жены, закрывая глаза.

Боль испепеляла его. Страх съедал изнутри с того самого дня, когда он осознал, что шут Императора мохванов, а теперь его жена и королева – жертва Игры. Он не знал, как уберечь эту сумасшедшую, безрассудную в своей храбрости женщину, у которой напрочь отсутствует инстинкт самосохранения. И как спасти её от неё самой?

– Я люблю тебя, Огли. И не оставлю никогда.

Огли, не глядя, подняла руку и погладила давно небритую и такую родную щёку.

– Что у тебя на запястье? – муж прикоснулся к электромагнитному устройству, поворачивая его, чтобы рассмотреть.

– Оружие. Новое оружие с Земли.

Вардар с любопытством заглянул ей в глаза.

– Расскажешь?

– Обязательно, но позже, – Огли благодарно чмокнула его в нос. – Давай-ка, я тебе тоже переплету косу. Ты на пугало похож. И нужно принять душ и сменить одежду. Тебя засморкали малыши Хаззах?

– Есть немного. Пайкчхик сам заплету. А так слабо меня любить? – Страстно засопел муж, щекоча ухо.

– Не слабо, мой царь и бог.

Но нас ждут. Ты слышал Хаззах. Эта маленькая бестия порвёт нас обоих за своего ненаглядного Алана, а он, между прочим, ещё и твой семейственник.

Огли рассмеялась и увернулась, избегая медвежьих объятий супруга.

Спустя время она недовольно насупилась, увидев Вардара чистым, в новеньком мундире и с гладко заплетённой косой, уложенной широким полотном на могучей спине. С боевого пайкчхика стекала вода – волосы не успели высохнуть после душа.

– Огли! – воскликнул он, – Ты можешь себе представить: я нашёл в своих волосах дохлого крима! О, эти дети!

– Да уж.

Огли прыснула в кулак, разглядывая супруга.

– Что-то не так? – Вардар смущённо оглядел себя.

– Да, – Огли шаловливо прикусила губу. – Всё не так. В схенти ты мне больше нравился. А дохлый крим на твоей макушке…

– Ах, вот оно в чём дело. Это поправимо, но позже. И крима ещё найду для тебя. Дохлого. Если что, у малышей Алана возьму на время, чтобы тебе угодить.