Воины Игры. Босс Игры

Шар Путей – это пародия на душу человека.

– Как ты попал в тело Александра? И ты один в этом теле?

– Он курит. Табак создал трещину и затянул меня в это тело. Я здесь пополам с человеком. Я его охраняю.

– А Максим?

– Мальчик болел. Каждая операция грозила ему вселением целой колонии. Поэтому, я был рядом с ним каждую операцию и впустил в него только х-игрока моего класса, способного не только сохранить жизнь, но и уберечь. В Максиме очень сильный и старый х-игрок. Он давно уже не питается человеком. Он стал частью мальчика, в котором обнаружился гениальный дар.

Если он внезапно покинет Максима, то мальчик умрет. И я не знаю, что за столь древний дух вселился в Максима. Ни разу не видел его. Он прячется за грозами Игры.

– А как же смерды?

Плечи Александра печально поникли.

– Мы к ним не имели отношения. До недавних пор.

Огли в нетерпении приподнялась.

– Объясни, Александр.

– Мы не делили людей на чёрных и белых. И, кажется, напрасно. Х-игрок, попадающий в тело смерда, становится смердом.

Потом человек-смерд умирает, к примеру, от старости. А х-игрок, потерявший данное тело, за время жизни в нём успевает превратиться в смерда, вселяется в очередное тело с трещиной души и делает его смердом. Если человек поддаётся и сразу не изгоняет его из себя, то заражение гарантировано.

– Бесконечная цепочка заражений.

– Да. Более того, смерды способны заражать других людей, находящихся с ними рядом. Это происходит…

– Да, знаю: во время вспышек гнева и ненависти. Видела заражение собственными глазами.

Как у вас тут всё запущено. Грусть и тоску навевает всё это безнадёжное копошение вселенцев. Тебе самому-то не кажется всё это странным?

Землянин неуверенно качнул головой, но промолчал.

– Что-то не так в твоём рассказе. Настораживает твоя фанатичная вера во вселения. А, следовательно, здесь, определённо закралось заблуждение – такова природа людей: верить в собственные сказки и наращивать в них подробности. Похоже на вашу игру в испорченный телефон. Я обязательно разберусь в этом.

– Не сомневаюсь, – хмыкнул Александр, расслабляясь.

– Понимаешь, – продолжала вслух размышлять гостья. – Понимаешь, кто-то из вас, игроков, нагромоздил такое немыслимое количество событийных рядов, что распутать этот страшный клубок, боюсь, не удастся одному поколению. Наши с тобой дети, внуки, правнуки и их правнуки будут вариться в супе одного сумасшедшего игрока, а то и двух-трёх, не одно столетие. Ну, может, их было, действительно, двое.