Королева Дома

Деревья все хилые и слабые, но по-настоящему живые, с зелёной листвой, не так как в нижнем городе.

– Это не рукотворные заборы, – заговорил лицитатор, словно догадавшись о её изумлении.

– Они растут сами на корнях Дома. К примеру, Дом начинает двигаться, то и заборы поднимаются высоко над землей, тогда камни могут падать на людей. Когда Дом замирает, то камни сами собой прилипают друг к другу, снова воссоздавая заборы, но уже по новым траекториям положения корней. Иногда, правда, крайне редко, такие заборы проламывают наши дома насквозь.

И нам приходиться переезжать в новое жилище, так как там, где проходят каменные заборы Дома, начинают твориться странные вещи: летают предметы, слышатся голоса или иные, незнакомые звуки. В моём доме пробитым таким забором, однажды случились миражи. Я видел удивительные живые картины неведомых миров и призрак юноши с длинными белыми волосами. Мне пришлось строить себе новое жилище.

Старик вдруг тихо засмеялся, заметив вскинутые тёмные брови девушки.

– Мы будем проезжать мимо Дома, – предвосхитил её вопрос лицитатор. – Но, я также, был бы счастлив, если бы вы не опасались задавать мне вопросы. Ваше молчание меня угнетает, княжна Арта.

Щёки девушки мгновенно вспыхнули. Однако в интонации лицитатора она не почувствовала искренности. Он явно чем-то раздражён и едва это скрывает.

– Простите меня, господин лицитатор. Моё воспитание не позволяет быть навязчивой. И, действительно, я очень бы хотела увидеть Дом.

Но, если вы торопитесь, я не хотела бы вас задерживать.

– С радостью покажу его вам.

Вопреки собственным правилам Эльб устроил своей протеже небольшую экскурсию по верхнему городу, показав места, где собираются творческая молодежь, театр, парки для аристократов, рестораны и другие заведения. К Дому они подъехали ближе к вечеру.

Лицитатор был сражён искренностью девушки. Она определенно, честна, что заставило старика расслабиться рядом с ней и вести непринужденную беседу.

Неприязнь к ней медленно исчезала. Уж в людях лицитатор разбирался очень хорошо, за исключением одного человека из близкого своего окружения. От воспоминания о нём, он резко нахмурился и потемнел, с силой сжав в кулаках вожжи.

Эльб опустил глаза и изумленно раскрыл рот, заметив обувь княжны из грубой бумаги, в которую продавцы южного базара заворачивают человеческое мясо покупателям.