Королева Дома

Заметив её расширенные от страха зрачки, лицитатор улыбнулся и едва заметно мотнул отрицательно головой – не человечина.

Уплетая вкуснейший ужин, Арта краем уха прислушивалась ни к чему не обязывающему разговору трёх мужчин. Они обсуждали новые законопроекты, которые в скором времени Трио намерено внести сразу после голосования совета высших рангов.

В какой-то момент старик толкнул Арту ногой под столом, словно стараясь привлечь её внимание.

Девушка подняла голову и успела поймать на себе неприязненный взгляд доктора Хоса.

Это был такой же взгляд, как у рыскача на южном базаре много лет назад. Голодный, злой, безжизненный, жестокий и расчётливый. По спине пробежала ледяная дрожь страха.

Арта тайком бросила осторожный взгляд на лицитатора. Тот ел, периодически вставляя дежурные фразы в беседу. Может, он ненароком зацепил её ногу? Но тут же последовал следующий мягкий удар по ноге. Арта мгновенно вскинулась и посмотрела прямо в глаза доктора. Что происходит? Что за игру затеял лицитатор? Зачем он это делает? Предупреждение?

Арта поджала губы и сощурилась, продолжая нагло смотреть в глаза врачу, взгляд которого становился уже не голодным и пошлым, а испуганным и жалким.

Девушка представила, как вспарывает ножом госпожи Гун глотку этому скоту. Безмолвная битва была понята обоими в краткое мгновение.

– Ты победила, – шёпотом усмехнулся старик. – Браво, рыжая мелочь!

Его шепот услышал только стоящий за его спиной полноватый слуга.

Лицитатор быстро обернулся, взглянув в лицо своего слуги.

Тот, не издав ни звука, молча кивнул и удалился.

Как он это делает?

Арта с трудом проглотила кусок мяса, размышляя над загадками отношений в этом доме. Она тоже без труда понимала старого лицитатора. Она понимала его так, будто знала с детства. Не обмануться бы.

Какая-то внезапная тоска вдруг сжала её сердце при взгляде на сухое, явно измученное неизвестным недугом лицо Эльба Фризза, который в этот момент поднялся, завершая ужин. Казалось, она некогда видела его.

Смутные воспоминания ассоциировались с праздником, весельем, лаской и изобилием. Нет, она не могла его прежде знать и встречать.

По этикету все должны остановить трапезу и разойтись. Арта подскочила, нечаянно звякнув ложкой.

– Все свободны, господа. А вы, Арта, доешьте свой ужин. Бреда подождёт, не облезет.

Столовая опустела. На стене тихо тикали красивые часы в резной деревянной оправе. За высокими окнами доносились звуки города.