Воины Игры, Супруг смерти

Эдгар отвернулся, понимая, что больше не в силах сдерживаться – он заплакал. Отчаянно, горько, давясь слезами. И не мог вспомнить, когда и кто в последний раз о нём заботился за последние пятьсот лет. Он не мог вспомнить время, когда люди бы не страдали. Неужели ничего нельзя изменить?! Неужели без страданий, люди потеряют понятие любви и преданности? Похоже, это так – страдания и смерть учат любви. Без них все обесценивается, теряет важность. Мир полностью обнулится без страданий, являющихся катализатором возникновения любви.

Тёплая рука коснулась его волос, и Эдгар уткнулся лицом в пушистую шаль на хрупком плече. Через секунду он уже пришёл в себя, быстро вытер лицо платком и, признательно улыбнувшись Ульяне, схватился за протянутую, чуть кривую вилку. Он был зол на себя за проявленную слабость, и надеялся, что Ульяна не видела его слёз.

Девушка присела напротив и, подперев подбородок нежным кулачком, молча наблюдала, как он ест. А ел он красиво: не спеша, смакуя каждый кусочек, с чувством собственного достоинства.

Так похоже на обычную семейную жизнь… Нет, он немец. Ульяна отвернулась. В Советском Союзе большая проблема с мужчинами. После войны их катастрофически не хватает, впрочем, как и в Германии. Так необычно видеть столь красивого и ухоженного мужчину в чужой стране. Студенты университета, в котором она учится, зачастую не из самых благополучных семей. От них пахнет серым мылом или потом. А гер Рохау восхитителен: узкое лицо, чёрные, глубоко посаженные проницательные глаза, ровные белые зубы, атлетическая фигура, будто совсем без изъянов, тёмные, чуть длинноватые, волнистые волосы с медным блеском, которые он смешно, не по моде зачесывает назад, оставляя небрежный пробор посередине покатого, высокого лба.

Высокая переносица переходит в длинный с горбинкой нос, напоминающий клюв хищной птицы. Он похож на ворона. Очень молодого ворона. Ему от силы лет двадцать пять. Не более. Столь молод, а уже доктор. Удивительно. Такие мужчины становятся алмазами в зрелом возрасте…

Гость вскинул глаза и вопросительно приподнял бровь.

– Что-то вас беспокоит, Ульяна?

– Да, Эдгар. Уже поздно, а мне завтра необходимо быть с утра в университете.

– Я понял вас, – Эдгар быстро вытер рот салфеткой и поднялся. – Благодарю вас за умопомрачительный ужин. Надеюсь, вы простите мне мой поздний, незапланированный визит. Этого больше не повторится…

“А жаль” – Эдгар отвёл взгляд от резко покрасневшего лица девушки и её задрожавшей нижней губы.