Крылья в багаже. Книга вторая.

– Самоуверен? Ну, если только чуть-чуть, – он прикоснулся к ее руке, погладил, затем поднес к своим губам, стал медленно целовать. – А вот насчет любознательности я тебе не уступаю. Ложись, теперь моя очередь проводить изыскания.

– Может, не надо? – неуверенно спросила она. Представила себе, как он станет также добросовестно исследовать и ее.

– Надо, надо, – сказал он с самым серьезным видом и потянул ее к себе, – я люблю твое тело и хочу в очередной раз видеть его. Доставь мне такое наслаждение, пожалуйста!

Еще ни один мужчина не говорил ей подобных слов! Еще никто не восторгался ее далеко небезупречными формами.

Надя всегда помнила о своих недостатках, забыть о них никак не удавалось. И поэтому казалось невероятным, что Николай их не видит, не просто не замечает, а не видит. Странно и непостижимо, если учесть, что вокруг него всегда было множество красивых, роскошных женщин, наверняка и он многим нравился. Как-то Надя сказал об этом мужу, он улыбнулся: похоже, ревновала. Он посмотрел на нее своими бархатными глазами. Они уже давно перестали казаться Наде холодными, в них было столько тепла и нежности, что она только удивлялась, почему этого не замечала раньше?

– Все о чем, я мечтаю – быть любимым тобой. Я обрел себя, нашел смысл своего существования. Неужели ты думаешь, я откажусь от всего этого? Я останусь один лишь только в одном случае – если ты решишь меня оставить, если ты меня разлюбишь.

– Разлюбить? Оставить? – искренне удивилась Надежда. – Это было бы полным безумием. А у меня всегда был вроде бы здравый рассудок.

– Я не сомневаюсь.

Повинуясь мужу, Надя легла на спину, а он склонился над ней, обнаженный, мускулистый, подобен прекрасному греческому богу…

Его возлюбленная лежала на ложе из мягких трав и благоухающих цветов. Она смотрела на своего бога сквозь длинные ресницы глазами цвета моря, щеки полыхали огнем, над влажным бутоном верхней губы красовалась родинка, которую ему всегда хотелось поцеловать.

В длинные волнистые волосы его любимой вплетались лучи солнца, нежные лепестки роз были рассыпаны по ее телу, плавность линий которого услаждала взор. Узость высокой талии подчеркивала женственную полноту бедер. Лепестки роз прикрывали розовые соски груди, что особенно волновало бога, но он не торопился убирать лепестки. Он любовался.