Мир в твоём доме

Потому как откладывать этот разговор нельзя, уж больно информация важная.

– Слушаю вас, Марья Ивановна, – Вадим перестроился в левый ряд, несколько сбавил скорость автомобиля.

– Помнишь, фотографию девочки из альбома? Мы так и не определили, кем она приходилась Гале. А кстати, как Валечка – привыкает? – спросила Марья Ивановна, пытаясь удержать в голове все сведения, которые хотела сообщить Вадиму, лишь бы ничего не забыть.

– Потихоньку привыкает, но она всё равно отстранённая, часто молчит, проявляет эмоции лишь тогда, когда возится с Васькой.

Ну и с Викторией она теплее и мягче, – откровенно рассказал Вадим.

– Понятно, девочке трудно, всё другое – дом, люди, образ жизни. – Марья Ивановна покачала головой, вздохнула. – Вадим, будь с ней уж терпимее, ладно?

– Да я что, – он пожал плечами, – меня и дома не бывает, с девчонками справляется Виктория. Ей лучше знать, что им надо.

– Вот и хорошо, – одобрила Марья Ивановна, спохватилась, – так вот по поводу снимка в альбоме, – сделала паузу.

Зорин поймал себя на мысли, что занервничал, сам не понял – почему. В голове промелькнуло, что, возможно, эта новость может быть судьбоносной. Хотя… он улыбнулся, просто Марья Ивановна умела заинтриговать, даже одним своим голосом. Честное слово – ведунья, если не ведьма. – На нём изображена сестра Галины.

– Сестра? – переспросил Вадим.

– Да, родная сестра, – подтвердила Марья Ивановна. – В Беляниново о ней смог рассказать мне только один человек – бабушка Сима, остальные ничего не знают.

– Но как же так? – поразился Зорин. – Ведь если у Галины была родная сестра, то почему об этом почти никто не знает, кроме древней старушки? Не жила же она в позапрошлом веке!

– Всё дело в том, что Снежана, а её так зовут, уехала из дома в шестнадцать лет и больше в Беляниново никогда не возвращалась, – сказала Марья Ивановна. – Там какая-то не совсем понятная история, баба Сима то ли забыла половину, то ли просто не знала. Но одно она помнит точно – Снежана хоть и считалась родной дочерью Панюковым, на самом деле была приёмной.

А на все разговоры о старшей дочери мама Гали неизменно отвечала одно: уехала в город учиться, да ещё устроилась там работать. Потому и нет времени приехать. Письма? Конечно, пишет.

– Подождите, – вставил слово Вадим, – вы сказали – её зовут Снежана, зовут, а не звали? Значит, она жива?

– А вот этого я не знаю наверняка, но интуитивно чувствую, что вполне может быть.