Звук шагов в порывах ветра. Книга четвёртая.

Что было в голове у полуторагодовалого ребёнка в тот момент – Вика не знала, но она вдруг почувствовала гордость за поступок дочери.

– Спасибо, – тепло поблагодарила Валя. – А почему её зовут Вася? – вдруг тут же спросила она, прижимая к себе неожиданно полученный подарок. – Разве так называют девочек?

– Называют, – засмеялась Виктория, – просто наша Вася – это Василиса, её полное имя. А сокращённо – Вася, – пояснила она.

– Василиса? – удивлённо переспросила девочка. – Как в сказке?

– Ну, можно сказать, да, как в сказке, – опять улыбнулась Виктория.

 – Мы хотим дойти вон до того поворота, пойдёшь с нами, Валя? – предложила она.

– Не могу, – девочка сокрушённо покачала головой. – Папка будет ругаться, он сегодня сердитый, – она опустила голову.

– Не грусти, мы ещё обязательно встретимся, – Виктория прикоснулась к её плечу, девочка вздрогнула. А потом сжалась в комок.

Она ещё долго смотрела вслед уходящей красивой тётеньке и её маленькой дочке.

Глава 6

– Николенька, у меня ощущение: как только ты сюда приехал, тебя что-то всё время гложет.

Хотя ты и стараешься это тщательно скрыть, – сказала Надя. Она сервировала стол на завтрак в садовой беседке. Саша сновала туда-сюда и больше мешала, чем помогала. Ваня тоже крутился под ногами. Маша отправилась за молоком ещё утром, а Владимир Григорьевич о чём-то долго разговаривал по телефону. Его голос был слышен из открытого окна первого этажа.

– От тебя трудно что-либо скрыть, не перестану этому удивляться, – покачал головой Фертовский.

Он сидел за столом и задумчиво смотрел вдаль.

– Просто я хорошо тебя знаю и люблю, – Надя обняла его сзади за плечи, поцеловала в кудрявые волосы на затылке. – Так что же случилось?

Вместо ответа Николя взял в руки телефон, полистал его меню, затем открыл одну из папок с фотографиями. Протянул жене.

– Кажется, прошлое решило напомнить о себе, – только и сказал он. Надя взяла телефон, стала внимательно рассматривать снимок. Увеличила его. Подняла глаза на Николя.

 – Ты хорошо помнишь содержимое семейного гарнитура? Ты же видела его тогда, да?

– Видела, – кивнула она. – Твой отец мне показывал все предметы. Понятно, что о сабле был особый разговор, но мне понравилась не только она и её история. В гарнитуре практически всё уникально и по-настоящему красиво, – Надя сделала паузу. – Это ведь аграф? На снимке аграф? – вдруг поняла она.

– Аграф, – подтвердил Фертовский. – Мне надо точно знать, он из гарнитура отца или нет.