Звук шагов в порывах ветра. Книга четвёртая.

Она уже поставила пирог в духовку.

– Да, она мне тоже нравится, – жуя травинку, отозвалась Виктория. – Только я не очень поняла – с кем она живёт?

– С отцом. Там трагичная история. У Вали год назад умерла мама – скончалась внезапно, оторвался тромб. С мужем – отцом Вали – она была в разводе и он не помогал. Хотя мотался куда-то на север и прилично зарабатывал. Но Галина, так звали маму Валечки, не подавала на алименты – гордая. Они жили в том старом доме, который ты, наверное, уже видела. Он один из самых обшарпанных в деревне, два дома не доходя до магазина.

 – Вика кивнула. – Галина работала на частной ферме, Валя то в садик, то с ней на работе.

– Я обратила внимание, что девочка разбирается в растениях, – заметила Вика.

– Это у неё от матери. Галина когда-то бросила ВУЗ, так и не став ботаником. Подробностей я не знаю, и не выведывала. Как говорила Галя – это было в другой жизни, ведь Валечку она родила на четвёртом десятке. Жила в городе, а сюда вернулась ухаживать за заболевшей матерью.

Полина Семёновна, как заболела, прожила недолго – Галину не мучила. Но после смерти матери Галя вдруг решила остаться в деревне. Валюша тут и родилась. От местного Казановы и «перекати-поле» – Генки. К удивлению всей деревни он даже женился на Галине. Через год после рождения дочери подался на заработки, а вскоре потребовал от жены развод. Галя согласилась, держать его не стала. А когда умерла… – она замолчала.

– Теперь понятно, почему сейчас девочка живёт с отцом, – сказала Вика.

Она слушала со смешанными чувствами, но главным, пожалуй, была жалость. – А как же его заработки на севере?

– Да никак, – вздохнула Марья Ивановна. – После смерти Галины Гена вернулся в Беляниново, поселился в доме бывшей жены, свой-то давно продал. Но беда вся не в том, – она принюхалась. – Ох, Вика, кажется, пирог мой горит, – всплеснула руками и заторопилась в дом. Вика пошла следом. – Ничего, только краешек подгорел, – крикнула из кухни Марья Ивановна, – я его себе отрежу.

Проходи, чего ты там встала?

Вика сняла обувь, огляделась. Сколько же лет назад она была в этом доме? Кажется, десять? Это же ещё до замужества Нади. До всех тех событий, которые так изменили жизнь двух подруг. А здесь мало что изменилось – часть мебели, обои переклеили, но всё так же множество пучков трав, которые как бельё сушились на верёвке, на полке баночки, пакетики, приправы, всевозможные чаи. Почти как дом настоящей знахарки.