Джекпот наизнанку

Кэрри вынула из сумки булку, раскрошила и бросила в воду под крик ринувшихся с неба голодных чаек. Они летали, клевали булку, трещали, а рыжая девушка смотрела и улыбалась. Мир остановился в тот миг, горе ушло, и душа наполнилась нежным теплом.

Вдруг, толчок! Сзади Кэрри резко схватили за ноги и сильным броском кинули с моста. От неожиданности она закричала, взмахнула руками и больно ударилась о речную воду. Погрузилась в пучину реки, захлебнулась, пришла в себя и отчаянно загребла руками. Вынырнула и увидела, как от моста удаляется черная худая фигура.

Плавала Кэрри не очень. В детстве боялась воды, но потом, лет в четырнадцать, папа научил ее плавать. По-собачьи. Выходит, пригодилось. Кэрри мелкими гребками доплыла до илистого берега, схватила ивовую ветку и вылезла на сушу. Хорошо, сумка у нее надета через шею! Девушка дернула молнию и вылила из сумки воду. Так, паспорт просушить, деньги тоже. Ключам ничего не сделалось. А телефон после купания придется выбросить. Туфли жалко! Пока плыла, потеряла в воде.

Кэрри кое-как отжала волосы и одежду и побрела на автобусную остановку.

Дома она первым делом нашла второй мобильник и набрала номер Антона. Старый друг мигом примчался и сразу набросился на пострадавшую Кэрри.

– Как тебя угораздило свалиться в воду? Снова голова закружилась?

Кэрри уже в сухой одежде, волосы в полотенце, включила чайник.

– Нет, Антоха! Ладно, если бы сама свалилась. Меня нагло сбросили в воду. И сделал это худой мужик в черном.

Антон плюхнулся на табурет, протянул руку к пачке с печеньем – весь день на работе, поесть некогда!

– Зачем мужику тебя в воду бросать? Может, чокнутый? Летом такие водятся в парке. Ну, знаешь, нудисты и пьяницы.

Кэрри покрутила пальцем у виска:

– Сам ты, Антоха, нудист! Мужик был в черной одежде. Жарко, а на нем джинсы и рубашка с рукавами или пиджак – я не разглядела из воды.

– Тогда думай, подруга, кому ты дорогу перешла. Кто на тебя зуб точит? Тайный поклонник?

Старый чайник с грохотом закипел, Кэрри достала пузатые чашки и заварила им с Антоном по чайному пакетику.

– Кэрри, не начнешь готовить – так и останешься худышкой. Чем ты питаешься, родная? – вздохнул Антон.

Кэрри достала тарелки и соорудила бутерброды из печенья, колбасы и сыра. Откусила от своего, зажмурилась.

– Так в садике кормят, Антон.