За зимой приходит весна

– Я подумала, – сказала она с волнением, – что выкрикивать ваши имена будет не совсем этично, так что вот вам номерки, мои леди! Граф Хантингдон, вы уже выбрали себе лот?

– Это было сложно, но я справился, ответил Гастингс с поклоном.

– Прекрасно, – герцогиня с волнением улыбнулась. – Оставлю вас ненадолго, нужно уладить несколько моментов перед началом аукциона.

– Все идет просто замечательно, герцогиня, – поспешила ободрить хозяйку Эванджелин. – Мы все с нетерпением ожидаем начала.

– Так за какой же номер я буду бороться? – Гастинг взял ладонь Эванджелин, которой она сжимала номерок, и мягко повернул, чтобы увидеть цифру.

 – Тринадцать? Прекрасно, это мое счастливое число! – он, не отпуская руку девушки, посмотрел прямо в ее глаза, уже не скрываясь и не отводя взгляд.

Эванджелин вздрогнула и смутилась.

– Вы, право, слишком прямолинейны сегодня, граф, – наконец ответила она и едва заметно поморщилась, явно досадуя на себя.

Леди Перси и леди фон Виттен переглянулись, с интересом наблюдая за парой.

Гастингс рассмеялся:

– Но вы же знаете меня, леди Мортимер, я всегда был таким! Говорю, что думаю, и чувств своих скрывать не привык, – его рука по-прежнему сжимала ее пальцы.

Тем временем герцогиня с помощью вездесущего Майкла взошла на сцену и взяла в руки микрофон:

– Друзья! – обратилась она к присутствующим. – Попрошу у вас минутку внимания! Мы, наконец, начинаем то, за чем мы сюда пришли, – аукцион! Пожалуйста, займите ваши места за столиками.

– Я провожу вас, леди! Ваш столик здесь? – Гастингс обращался ко всем, но смотрел только на леди Мортимер.

Он не глядя подал руку леди Перси, которая с неудовольствием приняла ее. К леди фон Виттен подошел ее сопровождающий, и юноши подвели дам к их местам.

– Я сижу в другом конце зала, – проговорил Гастингс, склонившись к руке Эванджелин, – но мысленно я рядом с вами. Не забывайте об этом, прошу вас!

– Не волнуйтесь, граф Хантингдон, – с трудом взяла себя в руки Эванджелин и даже сумела улыбнуться.

 – У меня хорошая память.

Гастингс загадочно улыбнулся в ответ и направился к своему столику. Эванджелин, заметно расслабившись, перевела взгляд на сцену, где герцогиня Кинтайр с нетерпением наблюдала за залом. Рядом со сценой расположился фотограф, который направлял камеру то на сцену, то в зал, успевая запечатлеть и хозяйку вечера, и гостей.

– Итак, – леди Кинтайр излучала счастье, обволакивавшее и ее гостей, – мы начнем с самого приятного лота.