Перстень Мазепы. Под знаком огненного дракона. Книга 2

Про громадную, бесценную библиотеку, исчезнувшую одномоментно, будто в подпол провалилась. Про неудачные магические опыты бывшего хозяина, вследствие которых дом наводнили привидения. Якобы именно они стали причиной бесконечной смены владельцев. И каких владельцев! Общество слепых, Приют для душевнобольных, колония для трудных подростков – ну, это уже при Советах. Дом переходил из рук в руки, дважды горел. Потом лет пять стоял заколоченный, потихоньку разрушаясь. Наконец его передали какому-то иностранному фонду – тут Гриня уже в курсе! – и теперь, после реставрации, открылся Институт Красоты.

Убойной красоты.

Провокация

Натянуто улыбаясь в глазок камеры, Гриня нажал кнопку звонка и с лёгкостью открыл высокую резную дверь. Посреди зала возвышалась конторка наподобие островерхой беседки, на второй этаж вели лестницы, расположенные по бокам полукругом. Вдоль стен стояли скамьи с мягкими сиденьями, и два неподвижных силуэта возле окна, напоминающие скорее призраков, проступали в разноцветных лучах оконного света.

Гриня подошёл к конторке и увидел справа от окошка кнопку с надписью: push and we’ll come[24 - push and we’ll come – нажми и мы придём (англ.)]. Он так и сделал. Через минуту послышались цокающие каблучки, в центральных дверях возник прямоугольник оранжевого света, и на его фоне забрезжила, закачалась в такт шагам тонкая фигура с вытянутой от шапочки головой и прозрачным шарфиком вокруг шеи, порхающим по плечам эфемерным мотыльком.

Где-то на полпути шаги замедлились, в метре от светящегося круга потолочной люстры фигура остановилась, и мелодичный, чуть надтреснутый голосок спросил, по какому он делу.

Мгновенный провал возник в груди, и в гулкую пустоту частыми каплями просочилось живое, тёплое, перехватило дыхание и тут же задышало вместе с ним, забилось под яремной ямкой. Гриня стоял, ошеломлённый, будто вынырнул из ледяной воды вечного сна, и спящая душа потянулась к этому голосу, лёгкой дроби каблучков, птичьему движению головы.

Последние два года и всё, что сопутствовало им, показались – да нет, и были такими! – бессмысленным и жестоким умерщвлением души.

– Вы по какому делу?.. – Я вас везде ищу… – Мы вроде не знакомы?.. – Знакомы, ещё как!.. – Но это невозможно… – Неужто, почему?.. – Я вас впервые вижу… – А это уже ложь!.. – Я позову охрану… – Зовите хоть кого!.. – Вам лучше удалиться… – Нет, только не сейчас!..