Призраки летнего сада

В любое время дня и ночи можно было набрать её телефон и получить ценный совет. При надобности Лина могла и на дом приехать на своей серебристой Хонде.

Консультация проходила в парке возле её дома. Лёсику очень понравилась Лина, чуть насмешливый взгляд её голубых холодноватых глаз, умение совсем не обидно говорить малоприятные вещи. Он старался как можно честнее отвечать на вопросы и даже рассказал про Леона, выпрыгивающего временами, как чёртик из табакерки. Правда, матушка считает, что у всех есть альтер-эго, просто нужно держать себя в руках.

Но в том-то и дело, что он не замечает этого перехода и не всегда помнит, что произошло.

Лина посоветовала вести более активную жизнь: путешествовать, заниматься спортом, знакомиться с девушками, побольше ходить пешком. Из всего этого Лёсик выбрал лишь последнее, но зато возвёл в принцип – городским транспортом почти не пользовался. Матери было велено сына не дёргать, разговорами не докучать, а на выходные вывозить куда-нибудь на природу, менять обстановку.

Это возрастное, пройдёт со временем, подвела итог Белецкая.

Пешие прогулки сделали своё дело. Лёсик окреп, у него появились любимые маршруты. Выходя из дома, он шёл по первой линии Васильевского, потом по набережной, мимо здания Двенадцати коллегий, с Дворцового моста поворачивал налево, проходил вдоль Эрмитажа и, огибая Летний сад, направлялся через Марсово поле в обратный путь. Но в Летний сад почему-то никогда не заходил. Смотрел сквозь прутья ограды на белеющие скульптуры, и этого было достаточно, чтобы представлять гуляющих дам в кринолинах с кавалерами в завитых париках…

История с падающими людьми теперь вспоминалась, как кошмарный сон.

Проходя мимо станции метро, Лёсик с боязливым любопытством поглядывал на продавщицу семечек, будто она каким-то образом могла пострадать от игры его воображения. Но каждый раз, услышав шутливое: «Пощёлкай, пощёлкай, соловушка!», – успокаивался и на время забывал про падение в люк. И двором тем частенько проходил, щели в стенах уже были заделаны, из чего Лёсик заключил, что рабочие ему не пригрезились.

Как ни странно, советы Лины помогли. В событиях и временах он почти не путался. Только чаще задумывался, прежде чем что-то сказать, «тормозил». А потому предпочитал одиночество. Общение ограничил до минимума: раз в неделю навещал отца в его мастерской, где иногда встречал сводного брата Гриню, с которым обычно проводил лето на даче в Борках.