Тейлитэ-2. Меч Баа Ци

Они должны испытывать боль и страх.

– Что еще посоветуете?

– Они должны помнить прошлые ошибки и не допускать их в будущем. Пока нет базы, нет основы и тверди в их душах, все остальное никчёмно. Зачем виртуальному существу учиться побеждать, если у него нет мотива побеждать?

Халиф с готовностью кивнул, записывая на память все упреки Асламбека. Тот же продолжил, присев на камень, рефлекторно разбирая автомат для чистки. Он всегда так поступал после хорошей перестрелки.

– У них нет этой… вашей души.

 – сказал задумчиво Халиф.

– Души, – подтвердил Асламбек. – То, что делает человека человеком. Раз уж мы хотим превратить этих чурбанов в подобия хомо сапиенс.

– Что им даст душа?

– Вот посмотри на моих настоящих бойцов, почтенный Халиф, – сказал Асламбек. – Стальные люди. Они даже с монстрами других лабораторий не боялись схватиться. Не все выжили, но пустись они в бега, не выжил бы никто. Знаешь, отчего они такие? Они знают цену своим умениям и себе. Одними движет жажда денег, поскольку у них за спиною большая голодная семья.

Есть те, кто хочет угодить Всевышнему своим доблестным и беспорочным служением. Вот и все. Были другие с иными идеями. Но они очень быстро умирали. Проще говоря, помимо страха проиграть, страха боли и смерти, ваши бойцы должны быть чем-то мотивированы победить. У них за спиною должно что-то стоять, дорогое им. Бог, дети, родители, любимая женщина.

Асламбек глянул на полуразобранный автомат в своих руках, досадливо поморщился и быстро привел его в боевое состояние.

Смысла чистить оружие в виртуальном мире не имелось.

Халиф с восхищением проследил за его умелыми манипуляциями.

– Это что-то дорогое должно их стимулировать не умирать в бою, а выискивать возможности в нём победить. – сказал Асламбек, закидывая автомат за плечо. – Поскольку если они умрут, умрут и те, кого они защищают. Еще немного повоюем или…?

– Не вижу смысла продолжать сегодня избиение младенцев. Тем более уважаемый Шаймони уже ждёт нас с результатами.

Асламбек покорно закрыл глаза, а когда раскрыл их снова, очутился на подмостках зала, напоминающего кинотеатр. Многочисленные кресла так и остались пусты, кроме одного, в нём устроился Шаймони.

– Я все видел. И должен сказать, весьма восхищен вашей работой. – сообщил он. – Ваши корректировки будут приняты к действию незамедлительно. Пусть Халиф позаботится. Халиф?

– Конечно, почтенный Шаймони, – отозвался Халиф.