Срывая маски

Когда он подошел, она спрятала блокнот за спину и, посмотрев ему в глаза, улыбнулась «этой» улыбкой.

– Ты знакома, с Фрэнком? – спросил он, доставая сигарету.

– Нет, – она снова протягивала в руке зажигалку, а язычок пламени опалял сигарету.

– Тогда откуда такая холодность?

– Поверишь, если скажу, что враг моего друга – мой враг?!

– «Враг моего друга»?

– Когда доктор Смит сказал, что собирается уходить – ты ведь расстроился?! И то, что его кто-то заменит – тебе не понравилось. А я просто отреагировала за тебя! – она впервые смотрела прямо на него и не улыбалась.

– Так значит мы друзья? – В его глазах вспыхнул озорной блеск.

– Хотелось бы, мы ведь напарники, – уловив его намек, улыбка снова появилась на её лице.

– Но ты ведь мне призналась!

– Слушай, я не люблю тянуть кота за я… хвост, – она снова говорила серьезно, но улыбаться не перестала. – Нам не по 14 лет и мы не подростки, чтобы тратить время на переживания. Поэтому, если мне кто-то нравится, то я спешу сообщить ему об этом!

– Значит, я у тебя не единственный? – к озорному блеску в глазах добавилась ехидная ухмылка.

– Нет! Проблема как раз таки в том, что я моногамна по природе, и мои чувства полностью зависят от партнёра. Если он ответит взаимностью, то мои чувства разгорятся как пожар. А если игнорировать – чувства со временем сойдут на нет. Так что тут всё зависит от тебя! – Она больше не смотрела на Макса, а сосредоточила всё своё внимание на карандаше в её руках.

Такого Локвуд не ожидал.

Она снова действовала не «по плану». Это должно было вызвать раздражение, но он только смутился. Ведь она была откровенна с ним. И хотя такое игнорировать нельзя, Макс не знал, что сказать.

***

Поездка к родителям жертвы была выматывающей. Это было не самой любимой частью их работы. Для Эмили это было впервые, ей повезло, что с ней был Макс. Она стояла за ним и крепко сжимала блокнот с ручкой. Новость, что их дочь была жива всё это время и скончалась этой ночью – потрясла, измученных бесконечным ожиданием, родителей.

Это было печально.

***

До дома Бенджамина Кало они добирались долго: он жил за чертой города, на отшибе, в одноэтажном доме. Строение казалось старым и ветхим, но таковым не являлось. Стены были из кирпичной кладки, на немногочисленных окнах были решетки, а изнутри наглухо зашторены тёмной тканью. Только старое кровельное покрытие не внушало доверия. Пока они осматривались у дома – с крыши упало несколько черепиц.