Семя Зла

Аннет не видела в нем теперь ни чопорности, ни высокомерия, показавшихся ей при первом впечатлении.

Аннет смутилась, понимая, что не должна так откровенно разглядывать его, она протянула руку и взяла тетрадь.

– Спасибо! Я – Аннет, Вы, наверное, видели меня на лекциях, – сказала девушка.

– Я – Виктор, вероятно, наслышаны.

Аннет вздрогнула от жестокой самоиронии вдруг с такой горечью прозвучавшей в голосе юноши.

– Вы, верно, совсем недавно здесь учитесь, я не припомню Вас раньше? – продолжил Виктор.

– Да, я здесь всего четвертый месяц, – отозвалась девушка, теребя тетрадку и не зная, стоит ли ей продолжать разговор.

У нее было странное чувство: юноша и привлекал, и отталкивал ее одновременно.

Виктор отошел к столу и принялся собирать свои книги. Солнце, внезапно вышедшее из-за туч, щедро залило комнату, и Аннет показалось, что он вздрогнул, словно от холодного ветра. Виктор быстро взглянул на Аннет, и она вдруг увидела в его взгляде непонятную тоску и боль, что ей самой захотелось сжаться и спрятаться.

– Вам нужно идти? Может, Вас проводить? – спросил Виктор, видя, как Аннет направилась к двери и немного замялась.

Девушка пожала плечами. Она не горела желанием быть в его обществе, но неприятные преследования Дэниэла раздражали Аннет. А Виктор все-таки выручил ее сегодня и вел себя тактично, но не холодно.

Они вместе покинули аудиторию и, пройдя по гулким коридорам, вышли на улицу. Виктор молча кивнул Аннет и торопливо скрылся из вида. Девушка еще несколько минут постояла на крыльце, а потом задумчиво пошла к дому.

Перед глазами почему-то все еще стоял Виктор и его взгляд полный невыразимой боли.

На следующий день, придя на лекции, Аннет вновь увидела Виктора. Он привычно сидел в своем углу и что-то писал, аудитория гудела в обычном ритме, а юноша сидел в одиночестве, и, кажется, не замечал ничего вокруг.

Аннет решила сесть поближе к нему, Лиззи сегодня не было, и никто не останавливал девушку жуткими предупреждениями.

Аннет вздрогнула, когда к ней подошел Дэниэл.

Ей не хотелось выяснять отношения, которых нет или слушать его очередные пошлости.

– Привет, красотка, – ослепительно улыбнувшись, привычно поприветствовал ее Дэниэл. – Как поживает принцесса печального рыцаря? Твой побег был великолепен.

Дэниэл с ехидной усмешкой метнул неприязненный взгляд на Виктора. Но тот сделал вид, что не заметил его, хотя при приближении Дэниэла к Аннет оторвал взгляд от тетради и сосредоточенно посмотрел на них.