Мир Магии

– Парк, дров хватает на три моих удара, они сгорают без остатка. Три удара, сейчас был первый. После третьего ты закладываешь дрова.

– Да, мастер.

Второй удар мастера последовал через пять минут после первого. Котел к этому времени уже начал выдавать изрядное количество тепла и пара. Труба раскалилась, и начал нагреваться баллон с газом. «Там гель», – подумал я, вдруг вспомнив значение этого слова. Я вспомнил не только значение, но и положение этого элемента в таблице Менделеева.

Кто такой Менделеев, память выдавать отказалась, но таблица, всплыв откуда-то из недр памяти, осталась в ней ярким разноцветным пятном. Кроме этого, пришло и понимание, почему в баллоне именно гелий. «Был бы там водород, такая вот огненная феерия разворотила бы это суденышко в мелкие щепки». Третий удар мастера вывел меня из задумчивости, и я бросился наполнять котел дровами.

Котел был уже почти красным от жара, абсолютно пустой внутри, все дрова и зола были выметены третьим ударом мастера.

Я заложил дрова, покрываясь потом от жара. Когда я отошел от котла, я заметил, что палуба гондолы явно шатается. Выглянув за борт, я судорожно сглотнул. Мы были уже на высоте не меньше ста метров. Небо уже просветлело утренней зарей. Мы улетали от подножия горы, где я пришел в себя после какого-то странного ритуала, о назначении которого я не имел ни малейшего понятия. Кто я и как попал сюда? Все эти вопросы не находили ответа в моей голове, мысль возникала и тонула в какой-то серой мгле, не возвращая ответов на мои вопросы. Вот я вспомнил периодическую таблицу элементов, но теперь она в моей голове как звезда в пустоте. Откуда пришла и куда уйдет, непонятно. От этой пустоты создавалось какое-то неприятное чувство, которое давило виски и оттягивало затылок. Наверное, так себя чувствуют частично парализованные люди, у которых отнимается часть тела, вот вроде она есть, но в то же время ее нет. Правда, физически мое тело было здорово, даже очень. Я чувствовал себя прекрасно, но у меня был парализован мозг, не целиком, частично, но я чувствовал этот паралич, как будто у меня в черепной коробке находилось что-то чужеродное, которое вроде как и мое, но в то же время нет и неподвластное. В одном я был уверен – что никогда раньше я не видел магии, эта уверенность была во мне очень крепкой.