Дамнар. Неведение

Есения изо всех сил прислушивалась к происходящему снаружи, и слышала лишь тихое постукивание. Понадобилось некоторое время, чтобы осознать, что это стучат собственные зубы. Еся всхлипнула. Попыталась успокоиться и открыть глаза, если вдруг с ней действительно шутят боги и насылают жуткие сны за её вольные думы.

Кошмар категорически отказывался заканчиваться.

Шаги. Тихие. Осторожные. Скрип половиц, когда на них наступает некто. Шаги не людские. Не наши. У чужака на ногах ни лаптей, ни сапог.

Так  звери ходят. Тихо, мягко, но нечасто, как та же собака.

Этот чужак, кем бы он ни был, остановился прям над местом, где схоронила Есения, вновь забывшая, как дышать.

Невидимый гость с шумом втягивал воздух и отфыркивался, будто бы принюхиваясь.

Сердце клокотало уже не в груди, а где-то в горле и ушах, заглушая все прочие звуки. Есении так и хотелось сказать ему: «Тише!», и сильнее вцепилась в лестницу руками, будто бы это могло её как-то спасти… Хотя какой бы человек расслышал биение сердца с такого расстояния?

Крышка подпола резко сорвалась со своего места.

Есения только успела увидеть, как к ней быстро тянется когтистая рука, и хватает её за волосы до того как девушка успела пикнуть.

Дёрнул! Есения взвизгнула от боли. От рывка она изодрала кожу на руках об лестницу. Вторым рывком нелюдь вытащил девицу из подпола и поволок за собой, игнорируя плач попытки сопротивляться.

Глава 3. Чужаки

Нестерпимо яркий, жгучий, утренний свет солнца больно ударил в глаза, стоило сделать шаг из портала в неизвестный мир, куда ранее попал старший брат.

«Да что ж за невезение сегодня», – Князь с досадой отвернулся, давая глазам возможность привыкнуть. Оборотни же, которым солнце всегда доставляло меньше хлопот, выскочили наружу и присоединились к хаотичной кутерьме из людей, гоняющихся сразу за тварью, Олафом – вожаком стаи, и Джастином – старшим братом Князя.

Верный пёс, не обращая внимания на людей, и бросился к твари, сильно напоминающей по своим повадкам и внешнему виду упыря.

Они сцепились, образуя живой рычащий клубок, покатились по деревенской дороге. Тварь пыталась исцарапать, прокусить шкуру пса, но когти соскальзывали неё как с гуся вода. Псу удалось заскочить за спину твари, вцепиться в шею, прижать её к земле. Несколько секунд хватило, чтобы подоспевшие оборотни обезвредили её, скрутив путами.