Колизион. Арена заблудших

С чувством досады – жаль, что не сбили, ведь тогда весь этот кошмар закончился бы! – и разочарования – приходится возвращаться в реальность! – Кристина открыла глаза и увидела перед собой автобус, будто сошедший с пленок старинных черно-белых фильмов: каплеобразные передние крылья, сужающийся капот, обтекаемые линии и круглые выступающие фары.

После погружения в блаженное отупение мозг включался неохотно и обрабатывал информацию медленно, но даже так Кристина поняла, что этот странный старинный автобус что-то ей напоминает.

Она его уже где-то видела. Причем совсем недавно. Где?

Из кабины выпрыгнул водитель в ярко-синей кепке, подбежал к Кристине, забросал встревоженными вопросами:

– Вы в порядке? Вас не задело? Как вы себя чувствуете?

Заторможенных реакций хватало только на односложные ответы: «да», «нет», «нормально». А потом сквозь сковывающую мозг пелену наконец пробилась одна мысль: «Он со мной разговаривает.

Он меня видит!»

* * *

Голова включилась в один момент – словно по ней ударило сильным разрядом. Еще мгновение назад все плавало в мутной серой дымке, а сейчас приобрело предельную яркость и почти болезненно четкую резкость.

Однако первый вопрос, который Кристина смогла сформулировать, оказался до нелепости глупым:

– Вы меня видите?

Водитель отступил на шаг назад, сдвинул кепку на затылок и почесал голову, а затем обернулся к автобусу и крикнул:

– У нее, кажется, шок.

Графиня! Не посмотришь?

«Графиня», – автоматически отметила странное прозвище Кристина, а затем огляделась. Где она вообще?

Оказалось, что прогулка в полубессознательном состоянии вывела ее на окраину Верходновска, на пустынную улицу, по одной стороне которой тянулись дряхлые деревянные дома, которым самое место в деревнях в глубинке, а по другой – унылые металлические коробки гаражей.

Одиноко горящий фонарь подсветил бок автобуса, под который Кристина едва не попала, и она увидела, что на нем наклеен какой-то крупный рекламный плакат. А позади автобуса скопилась уже целая вереница машин.

Кристине стало неловко, что из-за нее на улице образовалась пробка, и она торопливо вернулась на обочину.