Колизион. Купол изгнанных

Кристина вздохнула; вот и понимай этот ответ как хочешь!

– Это Джордан? Он что-то с тобой сделал?

И снова Апи только слабо покачал головой, а затем с видимым усилием вытащил руку из-под одеяла и, кажется, хотел стиснуть ладонь Кристины, но вместо этого у него вышло едва ощутимое пожатие.

– Все будет хорошо, – торопливо зашептала Кристина, не понимая толком, кого пытается убедить и успокоить, себя или Апи. – Нужно найти лекарство, и…

– Не надо, – едва слышно прошелестел обезьяныш.

– Как это не надо? Тебе плохо! Тебя нужно вылечить! А потом… – Кристина оглянулась, чтобы убедиться, что в салоне автобуса никого нет, и продолжила: – А потом мы сбежим.

У меня есть план. Все получится, вот увидишь! Но сейчас самое главное – вылечить тебя. Ты полежи, а я пойду поищу какие-нибудь таблетки… или, может, у них тут есть врач…

Апи опять покачал головой.

– Что такое? Не хочешь, чтобы я уходила? Но я быстренько, туда и обратно! Я очень скоро вернусь.

– Не надо лекарств, – слабо выдохнул Апи. – Я просто хочу домой.

– Домой? – повторила Кристина, и сердце болезненно сжалось.

Домой… Она тоже хотела бы домой! Да только нет у нее больше дома. И ни у кого из них нет. Теперь дом им заменяет «Колизион».

– Домой, – повторил Апи и закрыл глаза.

Казалось, этот короткий диалог забрал у него остатки сил, и обезьяныш стал еще бледнее. Но эта бледность была какой-то особенной, не похожей на обычную болезненную бледность. Апи словно терял краски – будто яркий рисунок, который начал выцветать от долгого висения на солнце.

Казалось, оставь все, как есть, и через некоторое время он окончательно выцветет и исчезнет.

Кристина в отчаянии стиснула руки. Что же делать? Логика подсказывала, что не стоит прислушиваться к словам ребенка, заявляющего, что ему не нужны лекарства. Из них двоих именно она – взрослая, к тому же еще и директор цирка, в котором живет Апи; значит, она вдвойне за него в ответе.

И все же какая-то необъяснимая часть внутри нее соглашалась с тем, что происходящее с Апи – это не обычная болезнь, которую можно прогнать таблетками или микстурой, это нечто иное.

Из разряда того «иного», к которому относится вся их нынешняя странная цирковая жизнь. А раз так, то и решать проблему надо по-иному.

Знать бы еще как.

Кристина взяла Апи за руку и вздрогнула от того, какой холодной и невесомой она была.

– Ты вернешь меня домой? – вдруг спросил обезьяныш, не открывая глаз.

– Я… – начала было Кристина, но Апи ее перебил.