Колизион. Купол изгнанных

Тина наблюдала за происходящим со стороны и, подмечая, как хостильеры лебезят перед Первым фамильяром, хмыкала. Хостильеры любили противопоставлять себя не только фамильярам, но и людям, подчеркивая, насколько они лучше. Однако стоило только зайти речи о власти, и они повели себя ничуть не лучше людей, старавшихся всеми правдами и неправдами урвать себе кусок влияния, да побольше.

Первый фамильяр держался отстраненно. Он мало участвовал в разговорах, все больше слушал и наблюдал за происходящим свысока, со слегка насмешливым и чуточку утомленным видом.

Тине казалось, что происходящее его скорее забавляло и что он не воспринимает его всерьез. То, что для хостильеров было вопросом их свободы и существования как такового, для него больше походило на легкое развлечение, на игру, в которую он согласился подыгрывать до тех пор, пока это вызывает у него интерес, но, как только ему наскучит, он ее бросит.

Возможно, такое впечатление у Тины складывалось из-за внешности Первого фамильяра. Каждый раз, глядя на него, в самый первый миг она видела Кирилла.

И каждый раз на долю мгновения испытывала шок от его быстрых, четких жестов, активной мимики и живых эмоций в голосе. И хотя Тина прекрасно понимала, что это больше не ее «брат» с особенностями развития, яркий диссонанс между внешностью, с которой она уже привыкла ассоциировать определенное поведение, и новым поведением выбивал у нее почву из-под ног.

Время от времени Тина тоже ловила на себе взгляд Первого фамильяра – взгляд, полный неприязни, – и гадала, что же, черт побери, произошло такого, что один лишь ее внешний вид до сих пор заставляет Первого фамильяра кипеть от ненависти даже после стольких веков, проведенных за пределами жизни?

Когда наконец запал хостильеров угас и они выдохлись, но так и не пришли к идеальному плану действий, все взгляды обратились на Первого фамильяра.

– Вам надоело слушать звуки собственного голоса и теперь вы хотите узнать мое мнение? – спросил он.

– Да. – Ивар то ли не заметил презрения в словах Первого фамильяра, то ли решил не обращать на него внимания.

А может, просто привык к манере его общения.

– Зависит от того, чего именно вы хотите добиться: свободы только для себя или для всех хостильеров. Или вообще для всех фамильяров.

Вопрос застиг Тину врасплох; лично она и не думала о других, только о себе! Но теперь, когда Первый фамильяр об этом упомянул… Возможно, им и правда стоит освободить всех хостильеров.