Колизион. Купол изгнанных

Но прежде, чем он хоть немного пришел в себя и успел щелкнуть пальцами, чтобы вызвать огонь, его перевернули, он успел заметить над собой лицо Дэнни, знакомое – и в то же время чужое, и металл впечатался ему в переносицу.

Во лбу взорвалась боль, рот наполнился вкусом крови. Словно в тумане, фаерщик увидел, как катаются по дороге Дэнни и его, Фьора, фамильяр, он узнал того по модному пальто. Но почему Дэнни атакует фамильяр Фьора, а Фьора – фамильяр Дэнни?

Фаерщик пытался понять, кто побеждает в схватке, Дэнни или фамильяр, но не мог ни проследить за ходом драки, ни тем более помочь; в его голову уже несся кулак, он рывком откатился по капоту в сторону – и щелкнул пальцами, вызывая огонь.

* * *

Циркачи так напряженно ждали появления из темноты огненных тварей, так сосредоточенно смотрели в одну сторону, что даже не заметили, как с другой стороны вечно безлюдной трассы к автокаравану вышли трое: девушка, ребенок и крупный хищник семейства кошачьих.

Эти трое шли вдоль пустых трейлеров и автобусов: хищник – мягко и грациозно ступая по земле, девушка – устало волоча ноги, а ребенок – нетерпеливо подскакивая, словно в радостном предвкушении.

Тра-та-та, тра-та-та,

Мы везем с собой года,

Горечь и потери,

Цирк и карусели,

Боль и ненависть глухая —

Вот компания какая!

Вот компания какая!

Одна за другой начали поворачиваться головы.

– Апи? – пронесся среди циркачей недоверчивый возглас. – Апи!

Мальчишка засмеялся и закружился на месте, а затем снова бойко запел, широко раскинув руки, словно наслаждался каждым мгновением и каждым звуком:

Тра-та-та, тра-та-та,

Мы везем с собой года,

Горечь и потери,

Цирк и карусели…

И хотя новые слова припева были весьма далеки от жизнерадостных, бодрый тон делал песенку задорной и почти веселой – особенно на контрасте со знакомыми словами о смерти из обычного припева.

– А Крис? – раздался взволнованный голос Мануэля, и вот уже воздушный гимнаст решительно проталкивался сквозь толпу. – Апи здесь, а она?

Из темноты выступил ягуар. Хищник встряхнулся всем телом, будто собака после купания, и через мгновение на его месте уже стоял Те. Он обернулся к отстающей девушке, и вскоре она тоже вышла из темноты.

– Крис! – радостно закричала Риона и, опередив Мануэля, сгребла ее в охапку.