Лестница героев

* * *

Когда примчавшуюся на всех парах в Министерство полетов мадам лин Монро арестовали, она думала, что ее немедленно бросят в тесную маленькую камеру, кишащую крысами, или даже в вырытую прямо в земле яму, закрытую сверху решеткой, – словом, поместят в отвратительное, темное и мрачное место вроде тех, которые обычно готовила команда синематоров для съемок приключенческих лент.

Лин Монро никак не ожидала, что ее приведут в один из уютных залов собраний министерства и просто оставят там вместе с другими арестованными.

Министра полетов Грету рей Гран, высокую, сухощавую даму в возрасте, со строгим пучком седых волос и жесткими линиями скул, Эва увидела сразу же. Но прежде чем успела сказать хоть слово, та первой к ней обратилась:

– Мадам лин Монро, а вы-то что здесь делаете? Вас же вроде откомандировали на мыс Горн?

– Я там и была, мадам министр, – ответила Эва, ощущая невольный трепет.

Это было новое для нее чувство; обычно все трепетали при виде ее, звезды синемы, а не наоборот. – Но во время одного из воздушных боев меня затянуло в полосу циклонов и выкинуло на Окракоке, где я попала в руки пиратов, – ловко переплетая правду, приукрашенную правду и откровенную ложь, продолжила она. – К счастью, вскоре меня освободили, и я сразу полетела сюда.

– Зачем?

– Э-э…

Мадам лин Монро задумалась. Она не знала, как выразить словами тот неожиданный порыв души, который охватил ее, когда она поняла, что Тристан, тот самый ненавидимый ею Тристан добровольно остается у пиратов вместо нее.

Эва давно привыкла к тому, что ею, звездой синемы, восхищались, ей поклонялись, считали настоящей героиней и признавались в любви. Но она сильно сомневалась, что кто-нибудь из ее многочисленных поклонников обменял бы свою свободу на ее.

А вот рей Дор обменял.

Не мешкая и не сомневаясь. Тот самый рей Дор, которого она терпеть не могла и никогда этого не скрывала!

Почему он пошел на это?

Ответ напрашивался сам собой: рей Дор понимал, как важна лин Монро для Арамантиды. И потому поступил так, как должно, а не как хотелось.

Впечатляющее проявление гражданского долга, да еще в столь непростой ситуации, затронуло Эву до самой глубины души – и в ней что-то перевернулось.