Восьмирье. 32 августа. Книга первая

За дверью оказалось просторное помещение с высоким потолком, многочисленными полками на стенах и разбросанными повсюду подушками, на которых лежали пушистые зверьки с клювом вместо носа и крыльями на спине. Шёрстка у каждого мерцала разными цветами: золотистым, розовым, зелёным, лиловым, аквамариновым. Когда несколько зверьков собирались рядом друг с другом, над ними возникала маленькая радуга.

Между подушками лавировал майстер Нилс, наливал в миски густой сиреневый сироп и бросал туда щепотки трав.

Сегодня он выглядел совсем не так, как накануне: на нём была белая рубашка с пышными кружевными манжетами и широкие штаны, а тёмные волосы с проседью собраны в аккуратный хвостик.

Заметив гостью, майстер Нилс улыбнулся.

– С добрым утром. Как спалось?

– Очень хорошо, спасибо, – вежливо ответила Вика. – А что это у вас тут такое?

– Это приют, где живут бездомные мечты, – с гордостью ответил майстер Нилс, хмыкнул и покачал головой. – До сих пор не могу поверить, что ты их так легко видишь!

– А почему это вас удивляет?

– Да потому, что их тяжело увидеть даже многим местным жителям.

А кое-кто и вовсе считает меня сумасшедшим: мол, открыл приют для невидимых существ, которых на самом деле нет, и сидит целыми днями наедине со своими иллюзиями. Поэтому, кстати, я и живу на самой окраине, рядом с Тумарьем…

На последнюю фразу Вика не обратила внимания: она смотрела на обитателей приюта. Нет, пушистые светящиеся зверьки выглядели очень даже реальными.

Да и на ощупь они были вполне настоящими. Вика потянулась и погладила ближайшую к ней мечту с мерцающей изумрудной шёрсткой.

– А ты не просто не местная, ты даже не из Восьмирья, а мечты всё равно видишь, – закончил майстер Нилс.

– А почему вы называете их мечтами? Они же животные, у них должно быть какое-то специальное название.

– Нет-нет, ты не поняла! Это не животные, это и впрямь самые что ни на есть настоящие мечты. – Майстер Нилс увидел недоумение на лице Вики и предложил: – Ну хорошо, расскажи, кем ты мечтала стать, когда была маленькой?

– Балериной, – ответила Вика.

 – Или певицей.

– И как, ты по-прежнему этого хочешь? Учишься петь или танцевать?

– Нет, – покачала головой Вика. – Как оказалось, у меня не очень хороший слух; я пару лет пела в школьном хоре, но потом перестала. А балет…

Вика нахмурилась, вспомнив своё первое и последнее занятие в балетной школе.