Звездная Ласточка

– Чудеса! – воскликнул я.

Иззи искренне радовалась, что смогла удивить меня.

– Да, – согласилась девушка. – Кулинария и молекулярная физика творят чудеса. Заказать для тебя что-нибудь еще?

– Не надо, – отказался я и вернулся к своей рыбе с картошкой. – Молекулярная кухня – это забавно, но я хотел есть.

Некоторое время мы молча ели. Утолив голод, я стал думать о задании, о том, как царевич Крах’Тарм II воспримет подлеченного Шмульку. Мы мало что знали о коккулюсах. Их образ жизни, повадки, привычки, особенности размножения – все это оставалось terra incognita для людей.

Иззи тоже молчала. Может быть, она передумает?

Напряженную обстановку разрядила Сандра. Она принесла маленький поднос с двумя высокими стаканами, оформленными под тропический коктейль.

– «Пустыня Негев», наш фирменный коктейль! – торжественно сказала Сандра, со стуком поставив на стол бокалы.

Я долго разглядывал шедевр барного искусства. В хрустальном прохладном чреве стакана таинственно плескалась пустыня. Разноцветные слои точно воспроизводили пустынный пейзаж: песок – оранжевая прослойка, колючник – желтая, ящерки – коричневая, светило – нежно-розовая.

Сверху над бокалом курился дымок, будто нагретый воздух поднимается с горячего песка.

Пока я раздумывал, как же это пить, Иззи втянула жидкость через трубочку, и на ее лице появилась довольная улыбка.

Я поступил также, и… Огненная лава понеслась по горлу, полетела к желудку и закружилась в бешеном танце. А потом стало легко и невесомо. Лава улеглась, сменилась горным ручьем, ручей постепенно превратился в сладкие нежные хлопья с привкусом малины.

Голова зашумела, пространство закружилось. Яркие цветные картины сменялись черными ужасными провалами, на дне которых копошились какие-то безглазые белые существа. И снова сияющий мир, живая смеющаяся Венди бежит ко мне по разноцветной дуге. Густые кудри подпрыгивают пружинками, челка закрывает глаза, Венди хохочет и сдувает ее, как недавно делала Иззи. Но радуга резко идет вниз, Венди падает в черную пропасть, белые существа кидаются на нее и тело девушки тонет в белой студенистой массе.

От ужаса я открываю глаза и оглядываюсь. Напротив меня в полной прострации сидит Иззи, почти сползшая со стула. Нас отравили? Но блаженная улыбка Иззи подсказывает мне, что это не яд, а скорее, какой-то психотроп-галлюциноген. Моди устойчивы к ядам и я немедленно принялся за очистку, мысленно направив все силы организма на подавление наркотических веществ.