На той стороне

Лодка стала уходить в глубину и вдруг все почувствовали резкое уклонение на корму, показалось, что субмарина перестала слушаться своих командиров. Произвести положенное аварийное всплытие не удавалось. Командир БЧ-5 увидел на табло нештатную ситуацию и понял, что не до конца закрылась захлопка шахты подачи воздуха к дизелям, в шестой дизельный отсек стала поступать вода. Мотористы, как и положено, задраились внутри и по команде стармеха вручную исправляли поломку. Справились. Прошло не так много времени, дифферент выровнялся, побледневший командир скомандовал всплытие.

В надводном положении доложили командиру дивизиона, тот велел возвращаться. «С боевым крещением, орлы-молодцы!» – сказал стармех на пирсе. Ленька пошел тошнить в гальюн, а Виктор еще раз убедился, что механик – это «етитская сила»!! Стрельбы произвели на другой день, за срыв учений никого не наказали на удивление, так как удалось доказать недоработку конструкции. Понятно, что не наказать, это на флоте все равно, что поощрить.

Об этом, как и о веселых, но очень редких увольнительных он Неле, конечно, не писал. О военных секретах нельзя было из-за жесткой цензуры, о личных приключениях – из-за нежелания испортить установившуюся симпатию. Да, пару раз возвращались после отбоя с теплых встреч со студентками на танцах, избегая патрулей и дыша в сторону, разок выгребали «противолодочным зигзагом» из гостей, один раз пришлось показать местным, что просто так в сборную училища по боксу не берут. Ленька продолжал балагурить и противным голосом вокзального радиодиктора вещал на полказармы: «Балаклава, Балаклава, Галя слева, Валя справа» или еще лучше: «пиво слева, водка справа».

Парни хохотали, и, обсуждая практику, больше говорили о сложностях с начальством, о придирках кураторов и не делились неприятными событиями, если они у кого-то и были. Так никто и не узнал, почему Ленька перед распределением приложил все усилия, свои и родни высокого ранга, и остался в штабе Ленинградского военного округа перекладывать бумажки, а через несколько лет совсем комиссовался.

Впереди был последний курс, а значит пора готовиться к службе, дальним гарнизонам, пора остепеняться, заводить семьи, потому что возвращаться из морей-океянов хорошо туда, где тебя ждут. И если большинство девушек с удовольствием принимало ухаживания будущих флотских офицеров, некоторые вдруг стали выставлять условия «туда поеду-туда не поеду». Конечно, если их звали «туда поехать», ха-ха.