Она и её Он

У меня будет отравление собой, явно, я, видимо, даже буду писать, о ужас. Во-о-о-т. Так что хочется откусить от мира немного больше.

– Саш, а у меня семейство на следующей неделе в воскресенье днем уедет в отпуск.

Повисла пауза. Пауза была со всей отчетливостью налита красным жарким сексом. Даже мне стало не по себе, побежали мурашки, намокли ладони и скопилась слюна. Я поняла, что такая констатация факта может быть только предложением. Кухня была тесная, Роман стоял возле подоконника, ополаскивал чайник и заваривал чай.

Он замер и посмотрел на нас, во взгляде было вот все то самое, о чем он спрашивал. Александр стоял совсем рядом со мной, вплотную, зажатый углом стены и открытой дверью, одной рукой касался меня, второй доставал из шкафчика сверху чайные добавки. Он так резко хлестанул меня взглядом, так вдохнул и поменялся на ощупь. Мне стало совсем конфузливо, хорошо и гордо, когда я поняла, что произошло, и что он пытается остановить усилием воли. Мои одноклассницы читали «Эммануэль», «Анжелику» и Маркиза де Сада. А я исследования по сексологии, тантру и энциклопедии для девушек. Так что я не просто почувствовала бедром изменения, но и успела посмотреть под черепом маленьких фильм о нейрохимии, гидравлике и социальных нормах.

– Ты можешь уехать в понедельник вечером?

Тут не было никаких других вариантов. Как? Рома хорошо задал этот вопрос. Вовремя. А мы вчера так ладненько все обсудили. Не знаю я – как.

– Да, могу, мне только заскочить в душ и взять вещи.

И на поезд. Ромка, ты с консьержем и ключами разберешься?

– Да.

– Тогда смотри как. Я поеду завтра утром. Сегодня вот сейчас начнется суета, мы всех проводим. Ты – домой, создавать улики и алиби. Я прихожу к тебе к…

– к 21:30. И мы час гуляем. А можем дольше гулять. Там все уже ложатся и меня никто не ждет.

– Хорошо! А на той неделе я приеду в пятницу вечером и тоже прихожу к тебе к 21:30, и мы гуляем благословенную зверушку.

– А потом трахаетесь на всех горизонтальных поверхностях.

– Молчи, аспид!

– Сорян, ребят. Не вынесла душа поэта драму.

– Роман, ты Геракл низведения момента. Я тебе сейчас буду что-нибудь нехорошее делать.

Я просто пламенела ушами и щеками.

– Ирин, извини, это я про него, а не про тебя.

– Ром, я типа все тоже поняла и слышала.

– Ну что вы на меня вылупились, высокодуховные личности?! Я все назвал своими именами. Я бы вот так и поступил! Точнее, мы вот так и поступаем с Марией.