Она и её Он

Спокойную и уверенную радость – смотреть на тебя, смотрящую на него. Когда он говорит тебе: «Любимая», а ты ему – «Любимый». И за этими словами ничего не спрятано. Это констатация факта, это Имя. Вас теперь так зовут. Вы прошли инициацию, и теперь это – ваше имя тотема. Любимая, Любимый. И можно, и хочется еще добавить – мой.

Когда он знает, как отреагировать на твою нервозность, а ты знаешь, как поступить с его раздражением. Когда он предугадывает – потому как угадывать не надо – нужное движение. Когда тебе так хорошо с ним, как только возможно, и как ты не знала, что может быть.

И ты не сомневаешься, что хорошо ему, потому как он весь состоит из этого «хорошо». И вы просто звучите вместе. Вы улыбаетесь друг другу внутри, и даже в сложные, напряженные, противоречивые, бо?льные моменты чувствуете из глубины – Любимый, Любимая. Тот человек, заменить которого невозможно, не изменив себе.

Никто не придумывает сложности и не грезит о расставаниях и ссорах, но жизнь фактами сама умеет так извергаться, что трудностей будет предостаточно, и нужно будет искать способы – жить ее, жизнь, сквозь них, трудности.

Мне необходимо вспомнить любовь. Иначе я, кажется, пойду на поводу у внутренней пустоты и наполню ее очередным театром одного актера, заняв этой затейливой игрой и ум свой, и чувства. А я очень этого не хочу. Я только что обнаружила, как изворотливо бывает сознание в желании не менять себя, отыгрывая одно и то же просто со сменой тональности или, допустим, темпа.

В отличие от первой вторую неделю я жила в сплошном беспокойстве. Папа смотрел на меня подозрительно и пронзительно, словно бы ждал инициативы к продолжению разговора. Семейство собиралось в отпуск, в связи с чем мне передавали хозяйство, проверяли, умею ли я нормально тратить деньги и вообще – мой уровень самостоятельности и автономности. Среди прочего это реализовалось через поручение ездить раз в три дня на дачу за урожаем и общеаграрными мероприятиями. Так что событий было много и густо, а эмоциональный фон точнее всего передавало слово «беспокойство».

Это все ничего не значило бы, плавали, знаем. Но меня изнутри рвало противоречиями. Я ждала выходных, ждала того, что они должны совершить со мной и с моей жизнью, боялась этого, боялась ошибиться, себя, неправильного решения, упустить, поторопить. Я совершенно не понимала, что же должно произойти и как мне следует вести себя. В середине недели я поняла, что болею.