Кого ты видишь? Я легион. Книга третья

 – Мой истребитель, своей дланью ты вершишь суды! Эти чудовища с больной психикой шифровались под добропорядочных и законопослушных граждан: родителей, педагогов, бизнесменов, политиков, ученых… Но им не хватало организованности и идеологии. А ты объединяешь эти разрозненные силы под моим началом. – «Вот и выстрелило имечко. Я Легион[3 - Евангелие от Луки 8:30 – Иисус спросил его: как тебе имя? Он сказал: легион, – потому что много бесов вошло в него.]», – пленник в собственном теле был нафарширован омерзительными тварями.

Ни надежды, ни случайной смерти. Только это существование вне времени, пространства и физических ощущений. Голос вещающего в массы оратора неожиданно стал ближе. – У нас впереди экспансия. А ты какой-то тесный. Тугой и жесткий со своими принципами. Прямо девственник. Растянем твой… внутренний объем, преподобный[4 - Здесь – высший чин среди карателей.] Легион…

Отключаясь от творящегося надругательства, я слышал хозяина, как из глубокого, залитого вонючей жижей, рва своего сумеречного помрачения и молил о смерти.

Во мне уже не было ни ненависти, ни бунта. Сломлен. Стыд, достоинство, отвага, честь – таких понятий больше не существовало.

Зверь заслуженно торжествовал:

– Это только я. Ты даже не подозреваешь, что такое ад. Познакомься с истинным своим обличием. Бесхребетное, малодушное, безвольное ничтожество. А твои высокомерие, понты, гордыня, власть, устрашение, влияние – я. Я тебя слепил! Смотри на себя и помни, кто ты.

В зеркале напротив, оплавляя стекло взглядом, хрипело затравленное существо в едва узнаваемом человеческом обличии. Забрызганные руки, грудь, лицо, всклоченная копна, безумные глаза вампира в ломках, багровая пена, стекающая по подбородку и шее шипящими кислотными протоками. Совершенно голый, с варварски натруженными и озверело раздавшимися гениталиями на окровавленных лохмотьях сорванной одежды. Отражение вибрировало, одичавшие гады буйствовали, вырываясь рыком из оскаленной пасти.

В руках – обглоданные расчлененные останки без шанса на идентификацию.

– Ну что? Оторвался за все время целибата? А теперь приведи себя в порядок. У нас рейс через два часа.

Монстр дернулся в конвульсии и вырвался из коматоза мутации. Удавка на шее, жажда, сжигающая глотку, и полный паралич действий, кроме примитивных механических, исключали любое сопротивление, но тело я мог чувствовать.

Демон снисходительно шипел:

– Это временно.