Кого ты видишь? Я жертва. Книга вторая

– Я сделала все, на что способна. Прости, у меня нет сил. Выпадаюу-у…

По щекам текли слезы, теплая струйка бежала по подбородку и обагряла шерсть пуловера. Мгновение, и я провалилась в пустоту…

– Возвращайся! Слышишь? – Его далекий рык пробивался через толщу помех. Интонация и непереводимый мат говорили о нервном срыве. – Почему я весь в твоей крови? Что ты сделала перед тем, как потерять сознание? Это важно! Говори!

– Ре-а-ними-ровала. – В ушах стояла акустика, усиленная эхом.

Взволнованный голос пробился через слуховые галлюцинации и стал ближе, в нем сквозило неверие:

– Ре-а… Что?! Да как это?

– Элементарно.

Ты был без сознания.

– Был. Да! – он потерял всякое терпение. – Что именно ты сделала?

– Прекардиальный удар, непрямой массаж сердца и… – я силилась закрыть лицо руками, но тело не слушалось, – и искусственная вентиляция легких.

– Ты, – запнулся, – за меня дышала? Рот в рот?! – С досады я закусила губу. Не зря. Меня оглушил рев негодующего зверя.

 – Никогда! Запомни! Никогда! Без моего согласия никаких контактов! Тем более… Аа-а! Я же мог убить тебя!

– Убить?! Ого! Не думала, что настолько задену твои чувства. – я проглотила истеричный ком и с возмущением обнаружила себя в «удерживающей» хватке собственника. Словно ужаленная, подскочила и абстрагировалась от него горькой усмешкой. – Да не пользовалась я моментом! Это было единственным решением.

Голова снова закружилась. Я прикрыла глаза и получила позорный выговор:

– Зачем ты рисковала? – На запястье сошлись тиски.

– Рисковала? Чем? Вернуть к жизни собственного инквизитора? – Стряхнула его руку, без манер утерлась рукавом, неуклюже поднялась на нетвердые ноги и пробормотала под нос. – Пожалуй, я недооценила свои риски.

Он сорвался так, что заложило уши:

– Собою! Твою мать! Будь моя воля – ты даже в одной реальности со мной не родилась!

Меня повело, но соскользнуть на жнивье не позволил скрученный рулоном скирд сена.

«Бежать!» – потрясенная грузом осознания, я еще обходила колкое препятствие. Несколько шагов, и снова наткнулась на тирана. Мой бывший пациент был в абсолютном здравии. В роли пострадавшей теперь выступала я. Медленно, словно боясь спугнуть дикого зверька, Гордон смыкал вокруг меня объятия:

– Иди ко мне. Ты не должна была узнать. А я не справился… – успокаивающий голос с характерным ритмическим рисунком запускал принудительное программирование.