Тайное становится явным

Скорчившись на диване, я волей-неволей представляю себе то утро одиннадцать лет назад. Тогда мы с мамой все еще были родными людьми.

На дворе стоит середина января. Проснувшись, я понимаю, что электричество во всем доме накрылось. Сначала я звоню электрику, а потом, сразу же после этого, своему парню – Джонатану. Меня переадресовывают на автоответчик, как будто телефон отключен. Я звоню снова. Ночью Джонатан всегда ставит телефон на зарядку, но, может быть, электричество вырубилось еще ночью?

Мне нужно согреться и выпить чашку кофе, так что я быстро чищу зубы, шнурую ботинки и выдвигаюсь на машине к дому своей матери – благо до него всего несколько километров.

Снегоуборщики еще не успели добраться до нашей улицы, заканчивающейся тупиком, так что дорога скользкая ото льда. Обычно путь занимает минут пять, но мне приходится сильно сбросить скорость, так что я добираюсь все двадцать пять минут.

Весь мир выцвел – остался только белый лабиринт, составленный из долгих километров блеклого пейзажа. Я включаю обогрев на полную мощность и растираю одетые в перчатки ладони, не забывая выискивать взглядом блестящие участки льда на дороге.

В некоторых местах лед почернел от грязи, его можно просто не разглядеть, и тогда автомобиль пойдет юзом.

Я думаю, именно это и случилось с моей жизнью в тот день. Все полностью пошло юзом.

Когда я наконец добираюсь до матери, дверь ее уютного домика тут же распахивается. На ее лице беспокойство сменяется жалостью.

– О господи! Слава богу, ты в порядке! – ее ладонь покоится на груди, у сердца, и я вижу золотой крестик, выбившийся из-под свитера с высоким горлом.

– Да, – говорю я, стряхивая снег с ботинок, – электричество отключили и у нас жутко холодно, но все в порядке.

– Я как услышала новости, сразу же попыталась тебе позвонить. Весь час пыталась.

Мне вручают чашку горячего кофе, и я с благодарностью подношу ее к своим потрескавшимся губам.

– У меня было желание поехать к тебе, но ты же знаешь, в такую погоду я становлюсь развалиной.

Я сажусь на диван и тут же утопаю в его мягких подушках. Уютная маленькая гостиная наполнена приятным теплом, в камине романтично трещат поленья, в воздухе витает аромат корицы. Убаюканная всем этим, я старательно игнорирую беспокойство в ее голосе.

– Надеюсь, скоро починят электричество. Я не могу дозвониться до Джонатана. Странно, что он вообще так рано уехал.

Лицо мамы становится озадаченным.

– Боже, дорогуша. Я думала, ты поэтому и пришла.