За чертой восходящего солнца. Берега в красно-белом цвете

– Антония, тебе нельзя сейчас в душ, ты извини, но я медик и вижу в чём дело, следы насилия я научилась отличать от обычных ссадин, да и тут и слепой увидит, что произошло! Так, давай милая, пошли, сейчас, это нужно сделать, потом будит поздно.

– Что сделать?

– Доверься мне и пошли, знаю, всё знаю, больно, стыдно, но надо!

– Надо?

– Да, и незамедлительно!

Анна взяла за руку Тоню и вывела из подъезда.

В отделении милиции девушки долго убеждали уполномоченного в совершении преступления.

– Нет, я не вижу состава преступления, ведь Вадим Сергеевич Зарецкий приходится Вам законным супругом!?, – сказал тот.

– Да, но было совершено насилие, вот справка от гинеколога, тут всё стоит, ознакомьтесь, – продолжила Анна.

– Девушка, а вы позвольте кем приходитесь Антонии Игоревне? К тому же, я вижу сама Антония Игоревна молчит, а значит находится под вашим давлением, прошу вас удалиться, – сказал следователь указывая на дверь Анне.

– Нет, это не возможно, вы разве не понимаете, что она не в состоянии дать адекватного ответа, вы ведь видите, она находится в шоковом состоянии.

Спор продолжался не долго, через пару ответных фраз, Анну насильно выставили за дверь.

– Как тебе не стыдно? – привстав со своего стула сказал следователь девушке, – ты не известно чем занимаешься в постели со своим мужем, а потом приходишь сюда и обвиняешь его в изнасиловании…

– Да вы в чём меня обвиняете, я, он, да, как вы только можете, – краснея от стыда и теряясь в своих словах, заикаясь ответила в ответ Тоня.

– Да я не обвиняю, обвинять будут тебя потом, когда тебя привлекут за дачу ложных показаний, я к твоему сведению повидал многое и знаю достаточно девиц, которым нравится мазохизм, а такой макулатуре я не верю, тут их нарисуют в два счёта! Так что ты свободна пока, ступай.

Выйдя из комнаты полиции на глазах потерпевшей показались слёзы.

– Ну что, что он тебе сказал, он принял заявление?

– Нет не принял, я вообще жалею, что я сюда пришла. Не нужно было мне сюда приходить, такого стыда я ещё не испытывала.