Двенадцать заветных желаний

– О да, пожалуйста! – воскликнул Бейли.

Ник сидел на крыльце, смотрел на закат и слушал, как Мисти читает его сыну сказку про медвежат. В какой-то момент он почувствовал, что улыбается. В отличие от медвежат их приключения закончились. Дом, который они сняли, оказался ужасным, но они отремонтируют и обставят его. Это место было безопасным. Здесь они могли жить.

Ник выбрал Бэнкси-Бэй, потому что до Сиднея отсюда было всего два часа езды. Рядом находились порт, крупный судостроительный завод, и в то же время здесь их никто не будет тревожить.

Конечно, ему следовало приехать заранее и посмотреть дом, прежде чем подписывать договор об аренде, но оставить Бейли в Сиднее на четыре часа, чтобы съездить сюда и обратно, или объяснить ему, в чем дело… Ведь ему нужно было приехать сюда в рабочие часы, а эти часы он проводил со своим сыном.

И все-таки дом был не таким уж плохим.

Да, отсюда не видно моря, но слышен шум волн. И это уже хорошо. Не видеть и не слышать океан было бы совсем невыносимо.

Через неделю он устроит себе кабинет. С понедельника Бейли начнет ходить в школу. А он снова вернется к своей работе.

Сказка о медвежатах подходила к концу. Заглянув в окно, Ник увидел, что у Бейли слипаются глаза. Сын будет хорошо спать на новом месте благодаря этой женщине.

«Она не в моем вкусе, – подумал Ник. – Серая сельская мышка».

Нет! Это все-таки несправедливо. Мисти была интеллигентной и доброй. Но джинсы у нее весьма потертые, а вместо косы сейчас конский хвост.

Она переоделась, потому что держала на руках эту собаку. Пятен крови на кофточке не было, но, должно быть, она переоделась еще в школе, потому что кофточка уже была испачкана в краске.

Теперь она наклонилась, чтобы поцеловать его сына на ночь, пожелать ему спокойной ночи…

– Простите, – услышал Ник. – Мне надо было оставить вам книгу и уйти. Я не хотела вмешиваться в вашу жизнь.

Учительница была чуткой женщиной. Она улавливала сигналы сразу же, как только Ник посылал их.

– Вы не вмешались в нашу жизнь. – На этот раз Ник совершил другую ошибку: вложил в свой голос гораздо больше тепла, чем это было допустимо.

Он взял ее за руку, и это тоже было ошибкой.

«Как давно я не прикасался к женщине?»

– Вы хотите рассказать мне о Бейли? – спросила она, и Ник отпустил ее руку.

– История его болезни изложена в медицинской карте, которую я оставил в школе.

– Конечно.