Крестный отец

В фойе отеля он отправил Кей к газетной стойке.

– Сходи за газетой, а я пока возьму ключ.

Пришлось отстоять небольшую очередь; хоть война закончилась, персонала в отеле не хватало. Забрав ключ, Майкл стал нетерпеливо озираться в поисках Кей. Та по-прежнему стояла у стойки, слепо глядя на развернутую газету. Когда он подошел, Кей подняла глаза. В них стояли слезы.

– Майки… Господи, Майки… – только и смогла она выдавить из себя.

Майкл забрал у нее газету. В глаза сразу же бросилась фотография: его отец лежит на проезжей части, вокруг головы – лужа крови.

Рядом на бордюре, обхватив голову руками, сидит мужчина – его брат Фредди. У Майкла внутри все похолодело – не от горя или страха, а от злости.

– Пойдем в номер, – сказал он Кей, но та не сдвинулась с места.

Пришлось брать ее за руку и вести в лифт. Поднимались молча. В номере Майкл сел на кровать и снова раскрыл газету. Заголовок гласил: «ПОКУШЕНИЕ НА ВИТО КОРЛЕОНЕ. ПРЕДПОЛАГАЕМЫЙ БОСС ПРЕСТУПНОГО МИРА СМЕРТЕЛЬНО РАНЕН. БОЛЬНИЦА ПОД УСИЛЕННОЙ ОХРАНОЙ ПОЛИЦИИ.

ЖДЕТ ЛИ НАС КРОВАВАЯ БАНДИТСКАЯ БОЙНЯ?»

Ноги у Майкла стали ватными.

– Отец жив, – произнес он, обращаясь к Кей. – Те твари не убили его.

Он перечитал статью. Покушение произошло в пять вечера. То есть пока он занимался любовью с Кей, ужинал и смотрел мюзикл, его отец был при смерти. От чувства вины к горлу подступила тошнота.

– Нам, наверное, нужно поехать в больницу? – спросила Кей.

Майкл мотнул головой.

– Сначала позвоню домой. Те, кто решился на такое, совсем психи, а раз отец выжил, то вообще слетят с катушек.

Кто знает, что они устроят дальше?

Оба телефона в доме на Лонг-Бич были заняты, но через двадцать минут Майкл все-таки дозвонился.

– Алле? – послышался в трубке голос Санни.

– Санни, это я, – сказал Майкл.

– Хвала Иисусу, братишка, – с облегчением произнес Санни. – Где тебя носит? Мы все переволновались. Я даже отправил людей в твое захолустье.

– Как отец? Насколько все серьезно?

– Очень. В него выстрелили пять раз, однако он крепкий орешек.

 – В голосе старшего брата слышалась гордость. – Врачи сказали, он выкарабкается… Слушай, малыш, не могу сейчас говорить, много дел. Ты где?

– В Нью-Йорке. Том разве не сказал, что я заеду?

– Тома похитили, – слегка понизив голос, произнес Санни. – Вот почему я перепугался за тебя. Его жена здесь. Она не в курсе, что с ним; легавые тоже. Пусть так и остается. Эти ублюдки совсем рехнулись. В общем, быстро езжай к нам и никому ни слова.