Одержимость майора

Но если ты хочешь, чтобы я сделала вид, что ничего не было. Хорошо. Я сделаю. Что-нибудь еще?

Снова моргает, видимо, не ожидав такой быстрой покорности. Да, милый, я полна сюрпризов. Но о главном ты никогда не узнаешь. Никогда не узнаешь о своей дочке. От папаши бандита я ее сберегу.

– В клубе больше не появляйся.

– Это я еще ночью усвоила. Когда ты меня насиловал.

– Для того, кого насиловали, ты разговорчивая слишком.

Как же хочется понять, узнал он меня или нет? В какую игру играет? И игра ли это? Так сложно поверить, что он теперь бандит.

Но ведь с фактами не поспоришь.

Наверно, лучше не задумываться о том, что произошло. Наверно лучше и правда забыть, как он попросил. Вернуться к обычной, привычной жизни. Продолжать водить Динку в садик. А по выходным вместе в бассейн. Только вот получится ли?

– Спасибо, товарищ майор, что подвез, – кидаю я на прощание и уже толкаю дверь.

С удовольствием и триумфом наблюдаю, как меняется его лицо. Как проступают вены на шее. Он думал, что не узнала.

Он правда считал, что я вот так легко отдамся первому встретившемуся на пути мужчине. Да еще и бандиту.

Жидкая горечь разливается внутри. Оказывается, мой майор меня действительно никогда не любил. Розовые очки, хранимые все эти годы, разбиваются вдребезги.

Вылезти не успеваю. Он хватает меня за руку и грубо затягивает в дверь. Плотно закрывает. И таращится так, будто прибить готов. А вот раньше надо было думать. До того, как меня на свой член сажать.

Но минуты триумфа быстро исчезают.

А на место приходит страх и даже паника. Вспоминаю слова деда, который всегда говорил, что молчание – золото. Но я никогда не слушалась. Вот и сейчас промолчать надо было. Хорошо ведь все шло.

Так нет же! Дурацкое желание отомстить! Хотелось, чтобы он вспомнил. Чтобы узнал ту девчонку, которую много лет назад в кровать к себе затащил. И я снова в ловушке. И если раньше я майора не боялась. Потому что знала – не обидит. То, что выкинет этот полный незнакомец, остается только гадать.

Глава 8

– Повтори, что ты сказала?

Так страшно становится.

Хочется все свои слова обратно взять. Только вряд ли получится. Но еще больше хочется показать этому гаду, насколько мне плевать. Плевать на его близость. Плевать на него самого. Так плевать, что соски уже грубо царапают лифчик, едва он оказался рядом. И вовсе не от страха, как хотелось бы думать.

– Пусти! Пусти меня!

Бьюсь раненой птицей в его руках. Такая реакция на этого мужчину пугает.